Читаем Интерпол полностью

Но французское правительство социалистов, возглавляемое Мишелем Рокаром, считало иначе. Они выдвинули на этот пост Генерального директора Национальной полиции Франции Ивана Барбо (51 год). «По сути, Барбо — больше администратор, а Сарасин — профессиональный работник полиции», — говорил Ричард С. Стейнер с присущей ему прямотой репортеру «Вашингтон пост». Три года спустя Симпсон сказал мне: «Вскоре я узнал, что у французов было две причины для выдвижения Барбо. В январе 1987 года он был назначен на пост Генерального директора правительством правых партий во главе с Жаком Шираком. Ширак ушел в отставку в мае 1988 года, и его сменил социалист Рокар. Так что появилась прекрасная возможность выдвинуть француза на высокопрестижный пост президента Интерпола и освободить место для своего человека».

Выборы преемника Симпсона на пост президента стали такой же эпопеей, как и его собственные выборы, только на этот раз конец был иной. Французы обрабатывали умы представителей стран «третьего мира» в свою пользу, внушая им необходимость избрания Барбо, при этом даже оплатили делегатам транспортные расходы на поездку в Бангкок, а американцы оказывали давление на свои страны «третьего мира». И все же после двух трудных туров голосования был избран Барбо.

«Обзор международной криминальной полиции» иронически комментировал результаты: «Господин Барбо выразил искреннюю благодарность и глубокую признательность руководителям Таиланда за их гостеприимство и дал высокую оценку своему сопернику генералу Поу Сарасину».

Французская газета «Монд» была более близка к истине. «Теоретически избрание г-на Барбо на пост президента Интерпола, — заявляла она, — не означает уход с поста Генерального директора Национальной полиции, но и не исключает, что спустя какое-то время г-н Жокс (новый министр внутренних дел — социалист) предложит на этот пост кого-нибудь из своих ближайших сотрудников». Тот же сценарий через три года разыграет Джон Симпсон, и он сработает.

Через несколько месяцев Барбо действительно отстранили от должности Генерального директора Национальной полиции в Париже и перевели в провинцию на пост префекта полиции в Пуату-Шарант. А вновь официальный пост в столице он получил только через два года, когда был назначен полицейским советником при правительстве Эдит Крессон — преемницы Мишеля Рокара. Такое назначение президента неполитической международной организации кажется весьма странным.

В глазах всего мира Франция восстановила часть своей прежней славы в Интерполе. «Франция вновь держит Интерпол в своих руках», — сообщила лондонская «Файненшнал тайме» вскоре после избрания Барбо. Но в действительности, оказавшись лицом к лицу с таким сильным Генеральным секретарем, как Кендалл, Барбо обладал небольшой фактической властью. Он оставался на своем посту до ноября 1992 года и даже в такой сомнительной ситуации проявил себя достойным президентом Интерпола, объездив от его имени весь мир. В июне 1991 года в Париже он рассказывал мне, что считал своей прямой обязанностью «посредством контактов с властями, лидерами других международных организаций и прессой внести свой вклад в изменение отношения к Интерполу и добиваться для него политической поддержки». Впервые в истории организации ежегодные отчеты Генерального секретариата на Генеральных ассамблеях содержали и отчет о деятельности президента — с примечанием: «Деятельность президента осуществлялась без привлечения бюджета организации».

Когда президент Франции Франсуа Миттеран в ноябре 1989 года прибыл в Лион на церемонию открытия новой штаб-квартиры, были произнесены лишь две речи — и обе на французском. Одну произнес Миттеран, а другую — Барбо. Фактическому же руководителю Кендаллу не дали возможности выступить официально — ни на английском, ни на его беглом французском.

И вновь менее чем через год оживились французы — на этот раз сам Кендалл попал под их прицел. В октябре 1990 года на Генеральной ассамблее в Оттаве истекал его пятилетний срок, но в отличие от президента Генеральный секретарь мог баллотироваться повторно. Кендалл дал понять, что не возражает против этого: «Моя работа здесь еще не завершена», — объяснил он мне в мае 1990 года в Лионе.

Но, по Уставу 1956 года, выборы Генерального секретаря как таковые не проводятся. Он назначается Исполнительным комитетом, а затем утверждается Генеральной ассамблеей, которая может либо согласиться с назначением, либо отвергнуть его. Практически назначение Генерального секретаря никогда не ставилось под сомнение. Посему второй срок пребывания Кендалла на посту зависел от того, согласятся ли двенадцать членов Исполнительного комитета под председательством Барбо с его назначением.