Читаем Интерлюдия (СИ) полностью

— Кажется, мой случай Вас действительно заинтриговал, доктор Цалудинский. Приятно почувствовать себя не таким, как все, но я бы предпочёл оказаться особенным в чём-нибудь, чем можно гордится. Что ж, последую Вашему совету, хотя выспаться мне вряд ли удастся… Точно, я же Вам не сказал. У меня ещё музыка из игры в голове звучит, трудновато будет уснуть под выдуманный плейер на бесконечном повторе.

— В таком случае, — Врач открыл сейф и извлёк оттуда пузырёк. — возьмите эти снотворные и внимательно прочитайте инструкцию.

Пациент взял снотворные, обменялся с врачом визитками, отправился не очень внимательно читать инструкцию и через пять минут после приёма таблетки закинуться ещё двумя.

Доктор Цалудинский же просидел какое-то время в одиночестве, после чего запер кабинет, затем клинику, в которой никого, кроме него, не было, и поехал к лучшему другу домой.

— Надо же, Пётр! — Обрадовался хозяин дома, едва открыл дверь. — Давненько ты ко мне не заглядывал! С месяц, да? Я уж думал сам к тебе в гости приехать, хоть ты и говоришь, что сейчас тебе с работы не вырваться. Какая по пятницам работа? Эх, лукавишь ты, Пётр, скрываешь ты что-то!

— Рад тебя видеть, Ходжа! — С улыбкой, не лишённой грусти, поприветствовал гость. — Да, ты прав, есть кое-что. Вот и приехал обсудить с мудрым мужчиной.

— Ох, если б я был мудр, то лавка б моя… Да ты проходи, Пётр, проходи, я тебе стол накрою, кальян поставлю!..

— Ты уж прости, Ходжа, но сегодня давай без стола посидим. — С сожалением произнёс Пётр, входя во двор знакомого, уютного, просторного саманного дома.

Разумеется, Ходжа забеспокоился, и проводил дорогого друга в затенённую деревьями беседку, по пути крикнув в окно жене, чтобы та сварила кахву.

— И без кофе. — Попросил гость, чем ещё больше встревожил хозяина.

— Оля, не надо кахву! — Крикнул Ходжа в дом и усадил гостя в тень. — Так что же стряслось, друг мой?

— Я… — Задумался Пётр, и вдруг начал говорить сбивчиво, но при этом отрешённо. — Сегодня пациента принимал, неплохо платит сверху за молчание и работу в неприёмные часы. Я бы даже сказал, отлично платит, более чем отлично, да и не должен я разглашать вроде как… Но его случай…

— Неужели богатенький маньяк оказался?! — Всполошился Ходжа.