Читаем Институт полностью

В беседу вступила Айрис:

— Я не слышу, о чем вы, ребята, думаете. Я знаю, что вы о чем-то думаете, но моя голова еще очень сильно болит.

Эйвери: Давайте посмотрим, что мы можем для нее сделать. Все вместе.

Калиша посмотрела на Ника, и тот кивнул. На Джорджа, который пожал плечами и тоже кивнул.

Эйвери повел их в голову Айрис Стэнхоуп, как исследователь, ведущий свой отряд в пещеру. Губка в ее сознании была очень большой. Эйвери видел её кроваво-красной, поэтому все они видели её такой. Они выстроились вокруг губки и начали толкать. Она немного поддалась… и еще немного… но потом остановилась, сопротивляясь их усилиям. Джордж отступил первым, за ним Хелен (которая, впрочем, не слишком-то и помогала), потом Ник и Калиша. Эйвери вышел из игры последним, одарив головную губку-боль раздражительным ментальным пинком, прежде чем уйти.

— Тебе лучше, Айрис? — Без особой надежды спросил Калиша.

— Что лучше? — Это была Кэти Гивенс. Она на мгновение отвлеклась от экрана и присоединилась к беседе.

— Моя головная боль, — сказала Айрис. — Да. Во всяком случае, немного. — Она улыбнулась Кэти, и на мгновение в комнате появилась девушка, победившая в Абилинском конкурсе по произношению слов[191].

Кэти снова переключила свое внимание на телевизор.

— А где Ричи Каннингем и Фонц? — Спросила она и начала тереть виски. — Я бы хотела, чтобы моя тоже ушла, голова болит, словно в ней кони скачут.

Видите проблему? — Мысленно спросил Джордж, обращаясь к остальным.

Калиша видела. Вместе они были сильнее, да, но недостаточно сильны. Не больше, чем Хиллари Клинтон, когда она баллотировалась на пост президента несколько лет назад. Потому что парень, выступающий против нее, и его сторонники имели политический эквивалент шокеров надзирателей.

— Но мне это помогло, — сказала Хелен. — Моя головная боль почти прошла. Это похоже на чудо.

— Не питай иллюзий, — сказал Ники. Услышав его упаднический голос, Калиша испугалась. — Она вернется.

В комнату вошла Корин, надзирательница, любительница раздавать пощечины. Она держала одну руку на кобуре, как будто что-то чувствовала. Наверное, так и было, подумала Калиша, но она не знает точно, что здесь было.

— Пора в кино, — сказала она. — Давайте, детки, шевелите задницами.

13

Два надзирателя, Джейк и Фил (известные соответственно как Змея и Пилюля), стояли перед открытыми дверями просмотрового зала, каждый держал корзину. Когда дети вошли, те, у кого были сигареты и спички (зажигалки в Задней Половине были табу), положили их в корзины. Они могли их себе вернуть, когда шоу закончится… если только о них не забывали. Хэл, Донна и Лен сидели в заднем ряду, рассеянно глядя на пустой экран. Кэти Гивенс сидела в среднем ряду рядом с Джимми Каллумом, который вяло ковырялся в носу.

Калиша, Ник, Джордж, Хелен, Айрис и Эйвери сели впереди.

— Добро пожаловать на очередной нескучный вечер, — громким голосом диктора произнес Ники. — Сейчас вы увидите фильм, лауреат премии Оскар в категории Самый дерьмовый документальный фильм…

Фил Пилюля шлепнул его по затылку.

— Заткнись, придурок, и наслаждайся представлением.

Он отступил. Свет погас, и на экране появился доктор Хендрикс. От одного вида незажженного бенгальского огня в его руке у Калиши пересохло во рту.

Чего-то не доставало. Какой-то жизненно важной детали замка Эйвери. Но она не была потеряна, Ша просто её не видела.

Вместе мы сильнее, но силенок недостаточно. Даже если бы с нами были эти бедные уже-почти-полные-горки, — Джимми, Хэл и Донна, — сил бы не хватило. Но мы ведь можем быть силой. По вечерам, когда зажигается бенгальский огонь, мы — сила. Когда зажигается бенгальский огонь, мы — разрушители, так чего же нам не хватает?

— Добро пожаловать, мальчики и девочки, — говорил доктор Хендрикс, — и спасибо за помощь! Начнем с чего-нибудь веселого, не так ли? И увидимся позже. — Он помахал незажженным бенгальским огнем и даже подмигнул. От этого Калишу едва не стошнило.

Если мы можем добраться до другого конца света, то почему мы не можем…

На мгновение ей почти удалось все понять, но потом Кэти громко вскрикнула, но не от боли или горя, а от радости. Дорожный бегун[192]! Он лучший! — Она начала петь полузадушенным фальцетом, который сверлил мозг Калиши. — Дорожный бегун, Дорожный бегун, койот гонится за тобой! Дорожный бегун, Дорожный бегун, если он поймает тебя, тебе конец!