Читаем Инстинкты человека полностью

Более того — «чужие» всегда воспринимаются как источник зла, даже если фактически дело обстоит наоборот. Например, есть много примеров, когда миссионеры пытались обучать детей грамоте в глухих уголках Земли, но эти дети потом подвергались обструкции, и даже изгнанию своими общинами — они ведь уже стали «не своими».

Один из «мягких» вариантов такой ксенофобии, имевший место во время работы над картиной «Бурлаки на Волге», зафиксировал в своих дневниках художник И. Е. Репин:

Кстати, этот эпизод является неплохим примером рассудочной активизации инстинктивных механизмов. Мы упоминали их при описании инстинктов самосохранения, когда понимание не воспринимаемой органами чувств опасности (радиации, например) вызывает инстинктивный страх. Так и здесь. Дети не воспринимали Репина как чужого: на крокодила он явно не был похож. Чужим его воспринимали родители, хорошо осведомлённые о принадлежности художника к чужому социальному слою. Что вызвало вполне иррациональную реакцию: заставить выбросить «добро», пришедшее от чужого, а потому, не могущее быть «добром».

Подобной неадекватностью отличается и современный терроризм. В прошлом, когда терроризм был ещё в диковинку, террористические организации достаточно чётко обозначали и себя, и цели преследуемые конкретными терактами — при всей иррациональности (инстинктивности) глубинных мотивов террористической деятельности, отсутствие рациональных объяснений казалось странным даже самим террористам. Пусть часто это была «подгонка под ответ», или как бы выразился Фрейд — «рационализация», но всё-таки она была. В последние же десятилетия здравый смысл стал выходить из моды: теракты стали и анонимны, и, по сути бесцельны: просто причиняется вред «чужим», и всё. Ни за что — просто за то, что они ЧУЖИЕ, а значит — автоматически враги, и заслуживают причинения вреда. Что вполне убедительно показано в серьёзных исследованиях (см. вставку).

Модуль группоцентризма (группового патриотизма)

Модуль группоцентризма является расширенным вариантом родственной консолидации, и выражается в поддержке и идеализации «своих»: т. е. членов своей группы. Как мы отмечали выше, релизеры распознавания родственников не могут точно оценивать степень генетического родства, и часто срабатывают очень широко — вплоть до всего племени, нации, и в пределе — всего человечества. В последнем, наиболее гуманистическом случае, всё человечество воспринимается как широкая группа «своих» противопоставленная или слепым силам природы, или (если таковые найдутся) — космическим пришельцам. Это противопоставление не обязательно агрессивно, тем не менее — «свои» обязательно как-то отграничиваются от «не своих», и отношение к ним будет отличаться.