Мек, поначалу настроившийся игнорировать Ксантена, после одного — двух ударов подчинился. Ксантен залез внутрь, включил энергофуру и направился на север. Птицы, скорее всего, не смогут доставить обратно и его, и пленного мека, и в любом случае поднимут слишком большой шум, а это опасно. И поэтому Ксантен отдал предпочтение энергофуре.

Глава 5

Благородные жители замков не любили покидать их стены в ночное время. Хотя признаваться в этом считалось недостойным, суеверные страхи одолевали обитателей. Многие повторяли рассказы якобы очевидцев о том, как застигнутые темнотой вблизи поросших травой развалин, они наблюдали лунных духов, слышали жуткую потустороннюю музыку или звуки охотничьего рога. Другим виделись зеленые огни и призраки, мчавшиеся меж деревьев нечеловеческими прыжками. Руины же аббатства Хог пользовались особо дурной славой из-за обитавшей там будто бы Белой Ведьмы. Утверждали, что она требует дань с проходящих мимо.

И хотя трезвомыслящие люди потешались над этими глупостями, гулять по ночам без особой надобности было не принято. Действительно, если приведения поселяются в местах упадка и трагедий, то равнины Старой земли должны просто кишеть потусторонними существами, особенно местность, которую пересекал сейчас Ксантен.

Луна поднялась довольно высоко. Экипаж катился на север по древней дороге, ее потрескавшиеся бетонные плиты ярко белели в свете луны. Дважды Ксантен замечал мигающий оранжевый свет по сторонам дороги, а один раз ему почудился высокий силуэт в тени кипариса: кто-то, казалось, следил за ними. Пойманный мек наверняка задумал какую-нибудь пакость, можно не сомневаться, с ним надо держать ухо востро.

Дорога вела через бывший город, от которого оставались еще кое-какие строения. Здесь витал дух упадка и печали, даже Бродяги не решались в нем останавливаться.

Луна достигла зенита. Вокруг расстилался выписанный в тысячах оттенков серебра и тьмы пейзаж. Очарованный этой красотой, Ксантен решил, что, несмотря не все удобства их собственной цивилизации, вольная жизнь кочующих Бродяг имеет свои преимущества.

Мек сзади еле слышно завозился. Ксантен, не поворачиваясь, щелкнул в воздухе кнутом. Пленник затих.

Всю ночь энергофура катилась вдоль старой дороги. Луна бледнела и клонилась к западу. Восточный горизонт заиграл всеми оттенками желтого, затем красного цвета, и над далекой горной цепью взошло наконец солнце.

В этот момент внимание Ксантена привлек поднимавшийся справа столб дыма. Он остановил энергофуру и, вытянув шею, разглядел стоянку Бродяг примерно в четверти мили от дороги. Ему показалось даже, что он различает на палатке знакомую идеограмму. Если так, то он встретил именно то племя, с которым недавно сразился отряд Гарра.

Ксантен по возможности привел себя в порядок и направил энергофуру к лагерю кочевников.

Около сотни долговязых, худых, одетых в черное мужчин наблюдали за его приближением, около дюжины выскочили вперед и направили свои стрелы прямо в сердце Ксантену. Тот ответил им недоумевающим взглядом и подъехал прямо к палатке. Встав с сиденья, он прокричал:

— Эй, Гетман, проснулись ли вы?

Через минуту из палатки появился сам Гетман. Как и остальные, он носил свободную, черную одежду, закрывавшую все тело и голову, с узкой прорезью для лица. Сквозь нее были видны светлые глаза и карикатурно длинный нос.

Ксантен вежливо кивнул.

— Взгляни сюда, — он указал на мека позади себя. Гетман отвлекся не больше чем на секунду, а потом снова продолжил тщательный осмотр Ксантена.

— Его народ восстал против благородных жителей замков, — рассказывал Ксантен. — Они задумали уничтожить всех людей. Замок Хагедорн делает предложение кочевым Бродягам. Приходите к нам! Мы накормим, оденем и вооружим вас. Мы обучим вас правилам боя, дадим искуснейших в военном деле предводителей. Когда мы сотрем меков с лица земли, вы сможете заняться интересной и важной работой по техническому обслуживанию замков.

Гетман молчал, потом лицо его исказилось зловещей усмешкой.

— Значит, эти чудовища решили покончить с вами. Жаль, что этого не случилось раньше! Но для нас это не имеет значения. И они, ивы — нам чужие, и скоро ваш прах развеет ветер!

Ксантен пропустил оскорбления мимо ушей — уж очень важен был этот разговор.

— Если я правильно понял, ты не считаешь нужным сплотиться перед лицом угрозы. Мы ведь с вам люди Земли, одно племя.

— Вы не люди. Это мы — всегда жившие на нашей планете, пившие ее воду, дышавшие ее воздухом — настоящие земляне. А вы и ваши безобразные слуги — вам здесь не место! Желаю успеха во взаимном истреблении.

— Ну что ж, я понял. Напрасно взывать к родственным чувствам. А как насчет собственной выгоды? Ведь когда меки поймут, что добраться до жителей замков они не в состоянии, то повернут оружие против вас.

— Когда нападут — тогда и ответим. А пока пусть поступают как им вздумается.

Ксантен в раздумьи посмотрел на небо.

— И тем не менее, даже сейчас мы хотели бы принять вас в замок и сформировать военный отряд.

Кочевники презрительно засмеялись:

— А потом вы пришьете нам на спины мешки для сиропа. Ха-ха!