Читаем Иностранка (СИ) полностью

"Хм, но я не собираюсь ничего ждать, мне нужен Тимофей Афанасьевич причём прямо сейчас", - весьма категорично объявила Лаура и отправилась на второй этаж. Горничная и лакей пошли следом за графиней, а Жорж остался беседовать с гиперборейским дворником, и у них оказалось множество общих тем для разговора.

Вежливо постучавшись в нужную дверь, Лаура Альбертовна толкнула её от себя и оказалась в просторном и светлом, но слишком по-старомодному обставленном классе. Скрип перьев моментально прекратился и десятки мальчишеских глаз уставились на молодую девушку в тёмной заграничной шубе.

-Прошу прощения, месьё, -- наморщив носик, сказала графиня Рейнгольд, и молодой мужчина, стоявший у доски с мелом в руке, повернулся и вопросительно на неё поглядел.

-М... Господин, - натянуто улыбаясь, обратилась к нему Лаура. - Тимофей Афанасьевич это Вы?

-Я, чем обязан... - коротко ответил мужчина, а кто-то из детей в классе захихикал.

Графиня улыбнулась и, подойдя к педагогу, протянула ему письмо от Афанасия:

-Во-первых, здравствуйте, а во-вторых, прочтите это, пожалуйста.

Тимофей Афанасьевич медленно и нерешительно протянул руку и взял у неё письмо, он был в некотором замешательстве.

-Что-то он нерасторопный больно, - заметила по-французски Мишель Роджеру, брат с сестрой стояли на пороге класса, в дверях.

Дети, подавшись вперёд, с большим интересом смотрели на своего преподавателя, подобной концентрации внимания во время урока у них никогда ранее не было замечено.

За несколько минут Тимофей Афанасьевич изучил послание от своего родителя, а затем спросил у графини:

-Ваше сиятельство, Вы знаете, что здесь написано?

-Конечно, я ведь это сама написала. Под диктовку Вашего отца, разумеется, месьё, но своей же рукою, - ответила барышня.

-В таком случае, госпожа, Вы наверняка имеете представление о том, что означает для моего отца выражение "отнесись ты ж к ним получше".

-Нет, Тимофей Афанасьевич, об этом я представления не имею, - сказала Лаура и слегка повернула голову, и драгоценные камни в её серьгах вспыхнули под солнечными лучами, и несколько мальчиков восхищённо ахнули.

Учитель только немного нервно рассмеялся и произнёс: "Это означает всего лишь, что сейчас я приглашаю Вас к себе и приму Вас наилучшим образом".

Графиня улыбнулась дежурной, давно заученной улыбкой.

Однако перед тем как препроводить графиню к себе Тимофей Афанасьевич посчитал нужным задать своим ученикам домашнее задание. Он подробно расписал на доске, что и как мальчикам нужно сделать к следующему разу, и, пока те, дружно скрипя перьями и пыхтя, переписывали задание в тетрадки, поспешил удалиться из классной комнаты.

-Прошу Вас, Ваше сиятельство, поскорее, - говорил он Лауре, выбегая на школьный двор.

-Что такое? Мы куда-то торопимся? - возмущённо спрашивала графиня, выходя из здания следом за ним, а за ней поспешали её слуги.

-Да, да, торопимся и очень! Я задал ученикам в три раза больше, чем обычно! - восклицал Тимофей. - Нужно убежать отсюда, пока они этого не поняли! Извозчик! Извозчик! - выбегая за школьную ограду, махал учитель мужику в пролётке. - Прошу Вас, мадмуазель! - уже в следующую секунду подавая госпоже Рейнгольд руку, он сажал её к извозчику.

Мишель, Роджер и Жорж поспешили занять места в графском экипаже. Тимофей впрыгнул в пролётку и призывно прокричал: "Трогай!" И в этот самый момент на втором этаже здания школы распахнулись три окна, оттуда высунулись мальчишеские головы, раздались крики недовольства и свист, и вслед уезжающей пролетке полетели вырванные и скомканные тетрадные листы.

Дороги в Мазовецке по-европейски ровные и улицы прямые. И на одной из таких улиц стоит старый деревянный трёхэтажный дом, окружённый со всех сторон палисадником и фасадом выходящий на улицу. Возле этого дома-то и остановилась сначала пролётка, а затем - графский экипаж. Тимофей Афанасьевич, а следом и все остальные вышли наружу, и учитель сразу повёл молодую барышню с горничной к себе в квартиру, а Роджер с Жоржем отправились устанавливать экипаж и лошадей в сарае на заднем дворе.

-Лаура Альбертовна, мисс, а Вы уверены, - говорила Мишель по-французски, когда они поднимались на второй этаж, и лестничные ступени скрипели у них под ногами, - что нам действительно следует посещать квартиру этого человека. Может, нам лучше в гостиницу?

-И тратить деньги... - коротко заметила на это Лаура, также на французском.

-Но... - Мишель с ужасом взирала на шатающиеся перила, замотанные какой-то бечёвкой. - У нас же... то есть у Вас много денег...

-И это не повод их тратить! Экономия залог богатства! - холодно улыбнувшись, сообщила графиня Рейнгольд.