Читаем Инкубатор полностью

— А что скажешь про уход из полыньи?

— Собственно уход никто не видел. Виталик нырнул, затем его труп был обнаружен в извлеченной машине. Очень похоже на мистику, верно?

— Я не верю в мистику.

— И правильно делаете. Если предположить, что там кто-то сидел, очень экономно дышал в «кармане», затем убил Виталика, облачился в его снаряжение, всплыл и тихонько удрал под всеобщий ажиотаж… Невольно напрашивается единственно разумное объяснение: это был прекрасный йог, мастерски владеющий своим организмом. Ни одному из здесь сидящих такое не под силу, но при наличии особых навыков это вполне возможно.

— Мм-да… Интересно. Вениамин?

— Он не мог! Понимаете… Он добрый ласковый мальчишка. Да, он шалопай и лоботряс, но… Он слабый! Его могли бы даже девчонки скрутить, а там здоровые мужики были. И уж точно он ни за что не вылез бы из полыньи.

— Ну да, мог бы и не спрашивать, ты ведь отец…

— Он не мог, клянусь вам! Он и мухи не обидит, не то что…

— Все, помолчи, мы тебя выслушали. Итак, господа хорошие, у вас есть время до шести утра, чтобы выдать предварительный результат. Поскольку я ввел карантин, ни экспертов, ни какой-либо помощи извне не будет. Дознание возглавит господин Ольшанский, все остальные поступают в его полное распоряжение. Я через некоторое время прилягу отдохнуть, если что-то срочное — сообщите секретарю. А теперь все свободны. Работайте…

* * *

Поскольку кабинет хозяина дома был занят, «следственная группа» обосновалась в апартаментах загадочно исчезнувшего Вени-младшего.

Когда речь идет о нормальной среднестатистической семье, «апартаментами» того или иного ребенка называют либо уголок в детской, либо (это в лучшем случае) его комнату.

Апартаменты Вени-младшего занимали целое крыло усадьбы. Здесь было восемь спален по сторонам света, в которых юный лорд ночевал согласно какому-то хитрому лунному циклу, составленному придворным… простите — домашним астрологом; огромный кабинет в два этажа, в отличие от папиного оборудованный в стиле хай-тек и с одной стороны имеющий сплошную стеклянную стену вместо окон; гардероб, квадратов этак на полета; ванная, клозет и зал для приемов, или, если хотите, попросту гостиная, на свободном пространстве которой, не занятом мебелью, можно было запросто разместить баскетбольную площадку.

И знаете, что самое интересное?

Я не ощутил ни малейшего укола зависти. Все эти шикарные помещения показались мне неуютными, холодными, а местами вообще каким-то враждебными. У меня даже возникло мимолетное чувство жалости к юноше, которому приходится жить в этаком некомфортном местечке, и я искренне недоумевал, зачем одному человеку такое избыточное количество жизненного пространства.

В общем, если точнее, «следственная группа» расположилась не во всех апартаментах разом, а в наполовину стеклянном кабинете с «навороченными» компьютерами, дорогущей офисной мебелью и… ощущением патологического отсутствия хотя бы даже намека на минимальный уют, который должен быть в любом жилом помещении.

За стеклянной стеной были видны многочисленные движущиеся огоньки. Несмотря на отличную звукоизоляцию, временами слышался далекий рев моторов. По приказу Серого в окрестностях поселка силами МВД проводились розыскные мероприятия.

— Ну и как, есть шансы, что его найдут? — Спартак устал озираться в поисках алкоголя (дикий случай: в кабинете не было ни одной бутылки) и кивнул за окно.

— Нет, — уверенно ответил Степа.

— Зачем тогда вся эта возня? — Спартак опять показал в окно и ткнул большим пальцем вверх. — Надо было подсказать ТАМ, что это бессмысленно.

— Если ты заметил, ТАМ советов никто не спрашивал, — вмешался Домовитый. — А дурная инициатива снизу всегда наказуема.

Степа молча кивнул, подтверждая мудрость шефа.

— Да пусть ищут, — беспечно заметил доктор. — Там дальше дачное товарищество, глядишь, пару-тройку уголовников отловят, уже хоть какая-то польза.

— Скорее, кучу бомжей и гастарбайтеров, — усмехнулся Ольшанский. — Можно было сразу туда миграционную службу зарядить. Но, в самом деле, пусть ищут. Хуже от этого никому не будет…

По приказу Серого Венин дворец до утра был посажен на карантин.

«Скорые» завернули обратно, отняв перевязочный материал и часть медикаментов, доступ в усадьбу (из усадьбы) был воспрещен до особого распоряжения.

Помните классику «Легким движением руки брюки превращаются…»?

В нашем случае примерно то же самое было с людьми и профилями. Причем даже рукой шевелить не понадобилось, достаточно было одного слова Верховного, и в обозримой видимости сразу стали происходить чудесные метаморфозы.