Читаем Инкубатор полностью

Многое из того, что было вокруг меня, я видел в первый раз, поэтому взял огромную тарелку, набрал всего помаленьку, ориентируясь исключительно по виду и запаху, и сел трапезничать несколько поодаль от Юриной компании.

Видите ли, я, конечно, не такой эстет, как наш доктор, но в целом мальчуган воспитанный и без крайней необходимости никогда не вклиниваюсь в незнакомую компанию. Тем более если в этой компании заправляет мой коллега, который (скот этакий!) меня намеренно игнорирует.

Хмм… интересно, как это самовлюбленное жадное чудовище собирается справиться сразу с четырьмя дамами, да еще после столь плотного, я бы даже сказал, циклопического, обеда?!

Также интересно, как это нашему прожорливому Микки-Маусу удалось приковать к себе внимание таких симпатичных девиц. Что же он им такого наврал, что они его все разом полюбили?

Вскоре, однако, выяснилось, что дамы оказались более воспитанными и благоразумными, чем мой несносный коллега. Тактично выждав, когда я утолил первый голод, две из них подошли ко мне и завели разговор.

Что ж, вполне закономерный ход, я был уверен, что в конечном итоге все так и будет. Я во всех отношениях лучше Юры: умнее, красивее, выше на целую голову (и это не метафора), кроме того, я дьявольски скромен и тактичен. То есть сообразительные девушки быстро поняли, что к чему, и сделали правильный выбор.

Девиц звали Ира и Лена, вблизи они оказались еще лучше, чем издали, и приятно удивили нетипичными для аристократок простотой, благонравием и хорошим воспитанием. От пива отказались, из напитков употребляли только сок, самолюбованием не страдали: о себе не рассказывали вообще, зато вовсю интересовались моей скромной персоной.

Мы очень быстро наладили контакт, и я уже было подумал, что вечер обещает быть томным. Единственно, что смущало: трудно было определиться в выборе.

Кого предпочесть? Девчата были дивно хороши и одинаково мне нравились, выбрать кого-либо из них было затруднительно. Я, в общем-то, натура художественно раскованная и отнюдь не ханжа, но придерживаюсь традиционных устоев: по групповым целям ранее работать не доводилось, квалификация отсутствует, так что… Гхм-кхм…

А сами девушки никаких знаков предпочтения не подавали, обе равномерно излучали приязнь в мою сторону и всяческую готовность к развитию отношений.

Так и не определившись с выбором, я начал было потихоньку подумывать, а не сбегать ли в погреб, да спросить совета у доктора (если вас это рассмешило, значит, вы не бывали в такой «вилочной» ситуации: дилемма, скажу я вам, еще та!), но тут произошло событие, которое разрушило нашу идиллию и избавило меня от необходимости решать дилемму.

* * *

Итак, сидим мы себе, наслаждаемся общением и культурно развиваем отношения в нужную сторону, как вдруг в «кухоньку» врывается бритый наголо камрад в черном балахоне и с чумной маской под мышкой — тот самый, что давеча занимался прикладным волюнтаризмом в парке (читай, глумился над аниматорами на потеху детишкам).

Наблюдая за ним из окна оранжереи, я почему-то решил, что это маленький толстенький уродливый злюка слегка за сорок, возможно, бригадир аниматоров, раздраженный тем, что ему приходится работать в праздник.

Оказалось, что я ошибался во всех отношениях: носитель чумной маски был моложе меня, стройный, среднего роста, с лицом привлекательным и, пожалуй, даже женственным. В его шалом взгляде искрились добродушие, любовь к жизни и желание покуролесить.

Быстренько обежав «кухоньку», носитель по-хозяйски заглянул во все углы, перекинулся парой фраз с компанией в малом зале, сбегал в погреб, вернулся с бутылкой игристого вина, похлопал по плечам парубков, слушающих поддатую мадам, ущипнул за щечку юную барышню, ухватил за ухо таксу — такса сурово зарычала и самую малость не цапнула наглеца, не понравилась ей такая фамильярность, мимоходом оглядел Юру, не проявил к нему никакого интереса и в итоге приземлился рядом со мной и моими спутницами.

Мои девицы, как ни странно, сели прямо, сделали официальные лица и словно бы замерли в предвкушении чего-то малоприятного. Меня это несколько удивило. Прочая публика, насколько я могу судить, на носителя вообще не обратила внимания, что было вполне нормальным: в этом доме половина присутствующих гуляет в маскарадных костюмах и ведет себя как минимум эксцентрично.

— Веня-мл., — носитель бросил маску на стол и принялся откупоривать бутылку. — С кем имею?

— Алекс, — представился я, истолковав «Веня-мл.» как «Веня-младший» и сразу поняв, что это хозяйский сын. — Можно Саша.

— Оч. пр.! — Веня хулигански стрельнул пробкой в потолок, довольно хмыкнул и принялся жадно поглощать розовую пенную жидкость прямо из горлышка, варварски отрыгивая и причмокивая. — Эргхх… Мням-с… Будешь?

— Нет, спасибо, я тут пивко помаленьку…

— Ну смотри, смотри, это лично дедовский розлив, не все и пробовали… Так, для персоны ты еще молод, значит, «сынок». И кто у нас папа?

Думаю, не скажу ничего нового: во многих ведомствах и структурах Директора за глаза зовут «папой». Мы в этом плане не являемся исключением, поэтому я не задумываясь брякнул: