Туман, казалось, стал ещё гуще. За их спинами тоннель был завален обломками, откуда вырывался дым. Группа продолжила путь, не оглядываясь, зная, что каждый следующий шаг может стать последним.

Путешественники остановилась в тупике тоннеля, где стены, хоть и покрытые трещинами и плесенью, казались прочными. Сюда не добирались следы слизи, воздух был чуть свежее, и даже тишина звучала иначе – не угнетающе, а скорее настороженно. Здесь можно было позволить себе перевести дыхание хотя бы ненадолго.

Мила села на пол, прислонившись к стене. Её лицо было бледным, а губы крепко сжаты. Кровь, сочившаяся из пореза на её руке, тянулась тонкой линией, оставляя следы на потрескавшейся коже. Она открыла рюкзак и достала бинт, но пальцы дрожали, делая каждое движение неуверенным.

– Дай сюда, – коротко бросил Олег, присев рядом. Его голос звучал грубо, но в нём была забота, которую он не пытался скрыть.

Мила посмотрела на него, колеблясь, но передала бинт. Олег аккуратно обработал рану из фляжки с водой, затем начал обматывать руку. Его движения были резкими, но точными, словно он боялся задержаться на этом месте дольше, чем нужно.

– Ты должна быть осторожнее, – пробормотал он, заканчивая.

– А ты попробуй быть осторожной, когда на тебя летит эта… тварь, – ответила Мила с едва заметной усмешкой. Её голос звучал устало, но она старалась не показывать, насколько вымотана.

Данила тем временем проверял рюкзаки. На полу перед ним лежали остатки припасов: несколько банок консервов, пара бутылок воды, немного боеприпасов. Он внимательно осматривал каждую вещь, как будто пытался найти нечто, что могло ускользнуть от его внимания.

– Половина пропала, – сказал он, не поднимая головы.

– И что нам делать? – спросил Олег, поднимаясь и убирая бинт обратно в рюкзак.

Данила закрыл глаза, на миг задержав дыхание.

– У нас есть несколько дней. Если не наткнёмся на что-то полезное, не дойдём до башни, – ответил он, наконец выдохнув.

Татьяна Павловна, сидя у стены, слушала их молча. Её взгляд был устремлён в одну точку на полу, а руки, сложенные на коленях, казались слишком бледными.

– Они не просто убивают, – вдруг произнесла она, её голос был тихим, но наполненным какой-то необъяснимой уверенностью.

Остальные повернулись к ней.

– О чём вы? – спросил Данила, его лицо стало напряжённым.

– Эти существа, черви, – продолжила она отрешённо. – Они не просто хищники. Они часть чего-то большего. Я видела, как их слизь растекается по тоннелям, как эти коконы растут… Это целая система.

– Вы хотите сказать, что они ДУМАЮТ? – спросила Мила. В её голосе звучал сарказм, но лицо оставалось серьёзным.

Татьяна Павловна подняла на неё глаза.

– Я хочу сказать, что у них есть цель, – твёрдо ответила она. – Мы для них не добыча. Мы – всего лишь ресурс.

Эти слова повисли в воздухе. Олег посмотрел на Данилу, ожидая, что тот скажет.

– Это не меняет ничего, – наконец произнёс Данила низким и твёрдым голосом. – Мы всё равно должны уничтожить их. Если они зависят от чего-то, значит, это можно уничтожить.

– Ты про башню? – спросила Мила, сдвинув брови.

– Про неё, – подтвердил он, вставая. Его взгляд был холодным и решительным. – Это их центр. Если мы доберёмся и уничтожим его, у нас будет шанс.

Татьяна Павловна отвела взгляд, её лицо оставалось напряжённым.

– Шанс, – тихо повторила она, словно взвешивая это слово.

– Другого у нас нет, – добавил Данила, оборачиваясь к остальным. – Мы не просто выживаем. Мы должны закончить это.

В его словах была не только решимость, но и отчаянная уверенность человека, которому нечего терять. Группа вновь замолчала. Только гулкое дыхание тоннеля и редкие звуки из глубины напоминали, что тишина здесь – лишь иллюзия безопасности.

<p>Глава 11</p>

Тоннели метро, тёмные и сырые, казались бесконечными. Тусклый свет фонарей выхватывал из мрака облупившуюся краску стен, затянутых паутиной и наростами плесени. Тяжёлый и застоявшийся воздух словно пропитался отчаянием тех, кто когда-то прятался здесь. Каждое движение сопровождалось эхом, разбавляющим тишину. Герои шагали осторожно, будто каждая трещина в полу могла стать ловушкой.

– Ты уверен, что карта точная? – тихо спросила Мила. Её голос казался странно глухим в этой тьме.

Данила, не отрывая взгляда от маршрута, проводил пальцем по разорванным линиям.

– Насколько это возможно, – ответил он ровно. – Вряд ли кто-то обновлял её после… этого. Но до станции недалеко.

– Только если туман за спиной нас не догонит, – угрюмо заметил Олег, поправляя ремень рюкзака.

Татьяна Павловна, шедшая рядом с ним, молча перевела взгляд на потолок тоннеля, где виднелись тонкие трещины, как паутина. Её лицо оставалось напряжённым, но глаза выдавали усталость.

– Нам нужен отдых, – вдруг сказала она, её голос прозвучал резко, словно от ударившегося о камень звука.

– Согласен, – отозвался Олег, но в его тоне читалась тревога. – Только где? Здесь нет ничего, кроме стен и тьмы.

– Будет, – коротко бросил Данила. Его уверенность была тихой, но ощутимой, как тяжесть в воздухе перед грозой.