Читаем Информационные войны полностью

В ряде случаев большую роль может иметь развитие коммуникативной ситуации не в режиме анонимной коммуникации (типа пересказа слухов), а, наоборот, в максимально авторитетной коммуникации, когда значимость сообщения поддерживается авторитетом того, кто это сказал. К примеру, поездка Б. Ельцина в США имела среди целей и "вытеснение Горбачева из сердца Америки". Это было связано именно с резонансным характером его выступлений. Как вспоминает тот же В. Костиков: "Репутация бывшего президента СССР за рубежом продолжала оставаться высокой. "Горбимания", особенно сильная в Германии, Италии и США, продолжалась. Это вызывало раздражение <...>. Налицо был огромный разрыв между тем, как относились к Горбачеву в России и за границей. Резкая критика Горбачевым политики Ельцина, особенно в его заграничных поездках, наносила стране ущерб, подрывала доверие Запада к российским реформам" (С. 57).

Резонанс может и приостанавливать дальнейшие коммуникативные действия. А. Коржаков говорит в своей беседе с корреспондентом: "Когда я дал первое в своей жизни интервью "Аргументам и фактам", то почувствовал, что президенту это не понравилось. С тех пор старался больше с журналистами не встречаться" ("Московский комсомолец", 1996, 25 дек.).

Мы можем рассматривать слухи и анекдоты как модельные варианты коммуникативного резонанса. Они являются достаточно частотной коммуникативной единицей. Можно привести такие данные по слухам (А.В.Дмитриев и др. Неформальная политическая коммуникация. - М., 1997. - С. 134):

Частота соприкосновения со слухами (в % от числа опрошенных)

Варианты - Август 1992 - Май 1994 - Ноябрь 1995

(№ 1280) - (№ 1375) - (№ 1420)

Практически ежедневно - 34,7 - 34,3 - 19,61

2 раза в неделю - 13,0 - 19,1 - 25,01

2 раза в месяц - 15,7 - 19,1 -27,2

Уменьшение процента во времени авторы объясняют тем, что слухи в последнее время утратили элемент той сенсационности, которую они имели ранее. Вероятно, мы можем проинтерпретировать это как процесс привыкания, когда запретный плод перестает быть запретным...

Важным аспектом является контекст распространения слуха. Он тщательно выбирается, как это было, к примеру, в случае использования слухов советской армией во время войны в Афганистане (см. подробнее последнюю главу книги). В стандартной ситуации получены следующие данные (Дмитриев А.В. и др., указ. соч. - С. 135):

Каналы и среда распространения слухов (в % от числа опрошенных, сумма ответов превышает 100% в связи с тем, что участники опросов имели возможность отметить до 3 позиций)

Варианты - Август 1992 - Май 1994 - Ноябрь 1995

В разговорах с товарищами по работе - 29,6 - 30,3 - 41,2

Общаясь с соседями - 14,6 - 16,7 6 - 0

Встречаясь с приятелями -9,6 - 11,3 - 12,2

Беседуя с друзьями по телефону - 2,4 - 2,8 - 5,2

На улице, в транспорте - 27,5 - 23,9 - 14,8

В очередях - 31,1 - 14,7 - 6,0

В семье - 5,1 - 8,1 - 10,0

В газетах, теле- и радиопередачах - 23,3 - 32,1 - 58,4

Другое - 0,4

В этих данных совершенно естественно исчезновение такого канала, как "очередь". Понятно и увеличение объема слухов в газетах, теле- и радиопередачах. Все это приметы новой коммуникативной ситуации, возникшей в последнее десятилетие. Не совсем ясно резкое увеличение канала "в разговорах на работе". Наличие такого канала говорит о том, что население все еще не получает достаточного объема нужной ему информации по каналам СМИ.Социологические опросы также дают необходимую информацию о распространении слухов в связи с такими параметрами, как возраст, образование и социальное положение респондентов. Для каждого коммуникативного контекста построен свой типичный представитель. Приведем один из примеров (С. 137):"Беседы на работе: мужчина с высшим образованием, предприниматель, ИТР, крестьянин, сорокалетний, достаточно обеспеченный, считающий себя представителем "среднего класса", чаще встречается среди жителей сельской местности".

И анекдот, и слух обладают потенцией самораспространения, поскольку опираются на определенные потребности, заложенные в самом человеке. Это говорит о том, что они только частично несут новую информацию. К примеру, анекдоты о новых русских эксплуатируют две-три характеристики, каждый раз по-новому иллюстрируя их. Это "глупость" и "немереное богатство". И все эти анекдоты строятся по единому канону типа покупки новой машины из-за того, что в предыдущей засорилась пепельница. Население в психоаналитической потребности компенсации своего невыигрышного положения хочет видеть "нового русского" как максимально тупого, чему способствует распространение подобных анекдотов. В этом плане "новый русский" заменил предыдущего героя анекдотов чукчу.