Читаем Информация полностью

Ричард ответил не сразу. Он уже приготовился начать свое тяжеловесное шествие к дверям. В самом деле — что? Забеременела? Угодила за решетку? Оказалась выброшенной на улицу в ненастье — в лохмотьях, без гроша за душой? Но Люси и без того считала прозу Гвина дерьмом, поэтому он сказал только:

— Кто знает? Кто знает, что случается с этими бедными девочками, после того как их используют и выбросят?

Вернувшись в гостиницу, Ричард позвонил домой и поговорил с Лизеттой, Мариусом и Марко — Джина куда-то вышла… Потом он сел к письменному столу и усилием воли заставил себя чем-нибудь заняться: точнее, взяться за очередную биографию. Ричарда уже давно мучили подозрения, что кольцевая дорога его обозревательского плана покрыта изморозью и гололедицей. Он чувствовал, что его швыряет из стороны в сторону и работать он может только из-под палки. Короче, над Ричардом нависла катастрофа — он мог просрочить все мыслимые сроки. На самом деле сейчас Ричард писал больше рецензий, чем когда бы то ни было раньше. Правда, он частично воскрес как романист, но зарабатывать романами не представлялось никакой возможности. Потребовалось время и неоднократные напоминания Джины, чтобы до него это дошло. Биографии валялись… Нет, биографии грудами громоздились по всей комнате. У Ричарда закружилась голова, и это было странно, так как на вечере в посольстве он держался молодцом и старательно подсчитывал количество выпитого: всего набралось семнадцать порций. Еще несколько биографий лежали в чемодане, но он его так и не распакует — этот чемодан, обремененный трудными жизнями.

Было десять вечера. Люси Кабретти уже успела вернуться домой. И сейчас она тоже читала. Ричард был на пятой странице «Меркуцио из Линкольнс-Инн-филдс. Жизнеописание Томаса Беттертона». А Люси была на сто шестьдесят восьмой странице романа «Будь моей любимой». Через несколько минут она закончит «Будь моей любимой» и начнет «Рапсодию в ярко-розовом». Такие романы Люси читала по три-четыре штуки в день. Это никоим образом не отражалось на ее неподкупной честности, с которой она боролась за принятие поправки к закону о равноправии; это не придавало специфической окраски ее речам и лекциям об экономическом равенстве; и это ни в коей мере не испортило ее серьезного и строго документального бестселлера о пережитках в отношениях между полами. Но Люси читала по три-четыре штампованных романчика в день. Сейчас она лежала в постели одна. Ее красивый и здравомыслящий друг уехал в Филадельфию навестить сестру. Люси прочитала: «Сэр Уильям со своей тросточкой и пофыркивавшим мастифом вел Марию между стогами сена», ее глаза расширились от ужаса, а рука сама собой потянулась к горлу, в котором застрял горячий комок. Мария была служанкой, маленькой, симпатичной, с темными кудряшками.

Полночь. Ричард добрался до семьдесят третьей страницы. Время от времени он заглядывал в мини-бар (в отношении Ричарда эти слова означают, что он выпил сравнительно немного). Будь его воля, он вполне мог бы выпить гораздо больше, чем помещается в мини-баре. Но Ричард пил пиво из мини-бара, а это означает, что Ричард вел себя более чем благоразумно. Впрочем, он пил пиво из мини-бара исключительно потому, что там, если только не считать льда и легкой закуски, ничего не осталось. Голова Ричарда медленно запрокинулась назад. Он с возмущением посмотрел на бутылку. Тихо шипящая жидкость показалась ему пресной на вкус. У Ричарда возникло подозрение, что это пиво — безалкогольное. Поднеся бутылку к свету, он принялся внимательно изучать этикетку, пока не наткнулся на напечатанное крохотными буковками предупреждение о том, что содержимое может повредить беременным женщинам. После такого веского заверения Ричард удовлетворенно кивнул и вернулся к чтению биографии, продолжая прихлебывать пиво.

На следующий день они летели на юг.

Очевидно, существует некая духовная связь — обет, торжественная клятва верности — между аэропортами и книжной макулатурой. По крайней мере, так казалось Ричарду.

Книжная макулатура продается в аэропортах. Люди в аэропортах покупают и читают макулатурные романы. В макулатурных романах описываются люди в аэропортах. Макулатурные романы нуждаются в аэропортах, чтобы развозить своих героев по земному шару, а аэропорты в макулатурных романах служат фоном для их встреч и расставаний.