Читаем Infinity Universe (СИ) полностью

Не успел Стивен среагировать, как Пинк поцеловал его в губы. Подросток не стал отстраняться и ответил на поцелуй. Им обоим не хотелось, чтобы это когда-либо заканчивалось, но их окружило розовое сияние и когда Стивен открыл глаза, Пинк уже нигде не было. Потому что человек плюс алмаз равно Стивен. И это он в полнейшей темноте плакал и смеялся одновременно. Чувство было такое же, как и тогда. Белая отделила камень от тела и была невообразимо больно, слабость, сознание и мысли, происходящее, всё ускользало. А потом было это чувство. Можно ли это назвать слиянием? Камень и тело, а вместе просто Стивен. «Слияние двух наций. Мой папа и моя мама. И я.» Парень поднял руку на уровень глаз. На ней с зеленоватым отливом сиял тот самый долгожданный ноль. Произошла зелёная вспышка и перед Юниверсом появилась дверь. За ней был виден его дом на пляже. Утерев слёзы рукавом комбинезона, он не двигался пару секунд, чуть дрожа. То ли от неожиданно нахлынувшего холода, то ли от не веры в происходящее. Но зажмурившись, смаргивая остаточные слёзы, он сорвался с места, все сильнее порываясь кого-нибудь поскорее обнять. Последняя черта была преодолена. Дверь беззвучно захлопнулась. А в тёмном вагоне наконец-то наступила полноправная тьма.

Комментарий к Внутренний покой

Простите, я не смогла удержаться. Надеюсь меня из-за этого тапками не закидают.

Глава пусть и короткая, но нам кажется что мы выложились на максимум и описали всё как можно подробней.

Ну что же, мы на финишной прямой. Осталась одна глава.

========== Дом, милый дом. ==========

Стивен оказался на пляже рядом со своим домом. Он в неверии застыл, смотря на бьющиеся волны о берег. Вот оно. Дом. Кажется он произносит это вслух, едва слышно. В этом слове скрывается куда больше смысла, потому что он наконец здесь. Взаправду. Грудь равномерно вздымалась, удивительно, что он не стал глотать воздух в большом количестве, будто только из космоса, а лишь спокойно дышал, с некоторым восхищением ощущая морской бриз. Тот самый воздух, что сопровождал его долгие годы жизни в Пляжном городке. Лишь сейчас Юниверс понимает насколько он отличается от любого вагона в глупом поезде. Такой настоящий, реальный. Как же он скучал по этому месту. Стивен чувствует себя так, будто вот-вот и точно упадёт в обморок. Он чуть пошатнулся и легко приземлился на песок. Не обошлось без применения самоцветной способности. Такой тёплый. Солнце было где-то по левую сторону, а облака пушистыми овечками проплывали мимо. Невероятно.

— Неужели всё и вправду закончилось?.. — выдыхая, шепчет подросток, неотрывно наблюдая за небом.

Всё вдруг стало таким неважным, кроме плывущих облаков, а кудрявая голова была невероятно тяжёлой. Все мрачные мысли, впрочем как и другие тоже, выветрились из сознания вместе со звуком воды. Успокаивает, расслабляет. Дом. Первое, что мелькает в голове, это то, что он просто невообразимо, как хочет увидеть Ларса. Потом Сэди. И Лукуса. Хочет поесть пиццу в местной пиццерии. Поесть картошки. Луковые колечки. Хлопья. Вафли. Мороженое с котиками. Да в общем-то много чего ещё, ведь он безумно голоден и давно не ел нечто подобное.

А потом Стивен вспомнил о том, как все волнуются и переживают. Было бы глупо сейчас не пойти в свой дом и не заставить бедных кристальных самоцветы, отца и Конни плакать от радости. А парень был уверен, что так и будет. В любом случае он знал, что, как только его крепко обнимут, он не сможет не заплакать. Они так давно не виделись, что Стивен и не знает, как они, что с ними, не нужна ли кому помощь… Стивен усмехается, растягивая губы в улыбке и показывая ровные зубы. Вот опять, не успел подросток вернуться, как тут же начал думать, как бы всем помочь. Хотя теперь можно. Ему уже помог поезд, помогла Мия, помог скипетр и жители множества вагонов помогли тоже. И это было вправду здорово, если забыть об угрозах жизни. Словно сняли розовые очки и разбили вдребезги, помогли избавиться от проблем и мыслей, что гложили его с юного возраста, смогли избавить его от травм. Оторвали пластырь настолько быстро, насколько это вообще было возможно. И он был рад такому исходу. А теперь он бы хотел посвятить всего себя семье.

Когда он поднимался по ступенькам, не спеша, щупая перила, он чувствовал, что всё ближе к семье. И странное чувство заполняло его с головы до ног, окутывая сердце и душу в медовое вещество — сладкое, тянучее — а внутри загорались лампочки, одна за другой, будто кто поочерёдно, но хаотично жал на кнопки. Стивену становилось тепло от этого. Было так легко на душе, несмотря на то, что он ожидал от родных чего-угодно. От восторженных криков до привычных нотаций от милой жемчужены. От крепких объятий до криков о том, как неправильно он поступил, сбегая, и неизбежных слёз.