Читаем Индивидуализм полностью

5

До сих пор я намеренно говорил только о том, что требуется для повышения эффективности конкуренции среди предпринимателей не потому, что придаю этому столь исключительную важность, но потому, что я убежден: пока сами предприниматели не продемонстрируют веру в конкуренцию и готовность привести свой дом в порядок, политически нет шансов сделать что-либо с ее участниками на другой стороне. Однако мы не должны обманываться в том, что во многом наиболее критическая, наиболее трудная и наиболее деликатная часть нашей работы состоит в формулировании надлежащей программы трудовой, или профсоюзной, политики. Я считаю, что ни в каком другом отношении развитие либеральных взглядов не было столь непоследовательным и столь неудачным, столь неопределенным и туманным даже среди нынешних истинных либералов. Исторически либерализм слишком долго исходил сперва из неоправданной установки на противодействие профсоюзам как таковым с тем только, чтобы в начале века потерпеть в этом полный крах, предоставив профсоюзам привилегии, во многом выводящие их из-под действия обычного права, и даже легализовав фактически насилие, принуждение и запугивание. Если мы надеемся на возврат к свободному обществу, вопрос о том, как можно надлежащим образом определить границы власти профсоюзов как законодательно, так и на практике, должен быть для нас важнейшим. В ходе своего выступления я уже не раз испытывал искушение напомнить вам о работах покойного Генри Саймонса, однако сейчас я хочу специально привлечь ваше внимание к его Размышлениям о синдикализме, где он ставит эту проблему с редкой ясностью и прямотой[71]. В последнее время она стала, конечно, еще острее благодаря тому, что многие правительства приняли на себя ответственность за так называемую полную занятость со всеми вытекающими отсюда последствиями. Теперь я не вижу, как мы можем, дойдя до этих проблем, отделять их далее от более общих вопросов денежной политики, которые я, пока это было возможно, предлагал рассматривать самостоятельно. Так же обстоит дело с еще одним кругом важных проблем, которые я могу сейчас лишь кратко упомянуть, — международной торговли, тарифов, валютного контроля и т. п. Хотя наша долговременная позиция во всех этих вопросах не должна вызывать сомнений, но в ближайшей перспективе здесь, безусловно, возникают реальные трудности. Однако нам, вероятно, лучше оставить их в стороне, как относящиеся к сфере скорее текущей политики, нежели долговременных принципов. Так же, боюсь, придется поступить с еще одной упоминавшейся мною проблемой — об отношениях между свободными и плановыми экономиками.

6

Если я хочу ограничиться перечислением основных проблем, мне следует поторопиться с заключением и лишь мельком коснуться еще одной широкой области — налогообложения. Конечно, сама по себе она необъятна. Я хочу выделить здесь только два пункта. Первый — это действие прогрессивного налогообложения на том его уровне, которого оно сейчас достигло и который служит чисто эгалитаристским целям. Два последствия этого представляются мне чрезвычайно серьезными: с одной стороны, такая система налогообложения способствует социальной неподвижности, делая практически невозможным для преуспевающего человека подняться вверх, накопив богатство, а с другой, она почти уничтожила наиболее важный элемент всякого свободного общества — независимого человека с собственными средствами, фигуру, чью незаменимую роль в поддержании свободного мнения и общей атмосферы независимости от государственного контроля мы начинаем осознавать, только когда он исчезает со сцены. Аналогичные критические замечания можно высказать и по второму пункту — о современной системе налогообложения наследства и, в частности, налогах при наследовании недвижимости в том их виде, в каком они действуют в Великобритании. Однако, упоминая об этом, я сразу должен добавить, что налоги на наследство можно было бы, конечно, сделать инструментом достижения большей социальной мобильности и более широкого рассредоточения собственности, что, соответственно, можно было бы считать важными орудиями истинно либеральной политики, которую не следует осуждать за возникшие здесь злоупотребления. Есть множество других важных проблем, которые я даже не упомянул. Но я надеюсь, что сказанного мною достаточно для обозначения той области, которую я имел в виду, предлагая на обсуждение настоящую тему. Эта область слишком широка, чтобы охватить ее полностью и во всех деталях, даже если бы в нашем распоряжении было намного больше времени. Но, как я уже говорил, надеюсь, что наша дискуссия будет только началом и что не имеет большого значения, с чего именно мы начнем.