Читаем Индийский поход полностью

Император Павел I в 1798 году назначил Денисова командиром лейб-казачьего полка, 26 февраля того же года произвёл в генералы от кавалерии и в следующем году назначен инспектором Кавказской линии и Астраханским военным губернатором, с оставлением в должности командира лейб-казачьего полка, а затем ему приказано было взять в своё командование 28 казачьих полков, расположенных на западной границе, «для исполнения порученного». В чём заключалось это поручение, осталось неизвестным.

Когда начались приготовления к войне с Францией, Суворов, высоко ценя военные дарования Денисова, рекомендовал императору назначить его командующим корпусом, направленным в Швейцарию, но император Павел предпочёл генерала Римского-Корсакова. Государю, однако, пришлось убедиться в ошибочности своего выбора. Обсуждая однажды с Денисовым положение дел в Швейцарии, Павел разгневался на Денисова и воспретил ему приезд ко двору за то, что последний высказал уверенность в поражении Римского-Корсакова, если он не изменит растянутого расположения своих войск. События оправдали предсказания Денисова и подняли его в мнении государя.

4 апреля 1799 года Денисов был возведён со всем своим потомством в графское достоинство, но через год, в марте 1800 года, отставлен от службы «за проволочку препорученного ему дела по комиссии военного суда».

«Жаловался на серость своей жизни? – самоиронично подумал Василий. – Теперь ярких красок будет хоть отбавляй!»

Кстати, еще немного о внешности. Василий Васильевич оказался ярким свидетельством смешения генотипа. Так его отец был низеньким и полненьким, этаким колобком, но подвижным словно шарик ртути, за счет чего собственно и выжил в лихих рубках с врагом.

Дед же, в которого пошла его дочь – жена Василия Петровича, достаточно высокий, худой и жилистый. Так что сам реципиент оказался чуть выше среднего роста и среднего телосложения. На лицо пригож (в отличие от отца и деда, что оба были прямо скажем не красавцы), в общем барышням нравился и имел у них большой успех.

«Вот они настоящие супергерои, – подумал вселенец. – Зная их биографии особенно остро понимаешь, каким же суррогатным дерьмом забивают головы молодому поколению в мое время… всеми этими бетменами, человеками пауками и муравьями, а также капитан-пиндостан…»

После крика Василия к нему со всех сторон метнулись сразу все казаки, тут же плотным кольцом обступив лежанку.

– Очнулся Василий Васильевич! – с нескрываемой радостью и облегчением воскликнул упавший рядом на колени старый по местным меркам, сорок два года, урядник Онисим с окладистой бородой от которого сильно несло табаком.

Так же радостно загалдели молодые казаки из специального отряда, что собрал как раз для таких своих разведывательных рейдов полковник Василий Орлов.

– Очнулся…

– Что ж ты так? Неужто падучая с тобой приключилась?

Онисим будучи из простых, вел себя довольно свободно с полковником ибо выполнял роль своеобразного дядьки, приглядывая за сыном войскового атамана, по его же поручению. Заодно отрядом специальным рулил в который набирались молодые и многообещающие казаки, но из бедных семей. Свита или личная дружина опять же на которых можно положиться в любом деле…

– Нет. Никакой падучей у меня нет, – резко ответил Орлов.

Оно и понятно, пойдет слух, что у тебя падучая и все… можно уходить в отставку и жить в деревеньке, барашков или там лошадок разводить. О достойной жене из знатной семьи можно сразу забыть. Репутации будет нанесен чудовищный урон, который уже никак не исправить. Слухи, особенно если их станут подогревать враги ради каких-то своих интриг, а врагов у всех всегда хватает с избытком, штука такая… липучая, не отмыться.

– Сами должны понимать, как бы ни любили меня отец и дед, а позориться бы так не стали посылая падучего в войско да по службе двигая… сидел бы сейчас дома на печи.

Василий с помощью урядника принял сидячее положение с радостью отмечая, что никаких нехороших симптомов вроде головокружения или слабости в теле не наблюдается.

– А что же тогда случилось?

– Не знаю… Место тут не простое, – решил свалить все на круг-лабиринт Орлов.

Отказавшись от помощи Онисима, что порывался ему подсобить, он встал со своей лежанки и пошел к костру, где присел на бревнышко. Тело при этом слушалось отлично.

Людей же следовало отвлечь от темы падучести, переведя стрелки на непознанное. Хроноаборигены в такую версию по его мнению поверят с готовностью. Тут и не в такое верят. До сих пор в чертей, русалок, леших да домовых верят.

– А что я тебе говорил Василий Васильевич?! – не унимался урядник-нянька. – Не надо было ходить туда… бесовское место…

Орлов вспомнил, что Онисим и впрямь возражал против остановки у круга на ночевку.

– Ничего оно не бесовское…

– А то какое же?! Вошел в него, прошелся по тропинке и опал как лист, словно хребет из тебя вынули! Мы уж думали, что все… прибрал тебя Господь. Кинулись к тебе, ан нет, дышишь, только без чувств… Сомлел стало быть…

– Извини что так испугал…