— Это особая, сапрофитная трава, из нее получается замечательный чай. Много лет назад индейские воины пили такой чай перед сражением. Он придавал им силу.

— Вот что мне сейчас нужно, — сказал Чарли.

— Но костер здесь разводить нельзя, — заметила она.

— Как ты думаешь, — спросил он, — если бы понадобилось, мы могли бы прожить в лесу на подножном корму?

— Конечно. Похудели бы немножко, но ты же видел, какая форель плавает в ручье. Соорудили бы из камней ловушку для рыбы. И потом тут водятся змеи. Вкусные, пальчики оближешь. На проволочную петлю можно поймать оленя, зайца и даже куропаток и глухарей.

— Подумать только! — сказал он и с удивлением покачал головой.

— Если бы ты был индейцем из резервации, а не с тротуара, ты бы не удивлялся. Половину нашего пропитания мы добываем в лесу.

Она вынула из воды горсть ягод и протянула ему. С них капала вода. Он положил несколько ягод в рот.

— До чего же вкусно, сладкие, как сахар.

— А теперь попробуй шиповник.

— Есть можно, — сказал он.

— Хочешь попробовать батат?

Он надкусил один из клубней и поморщился.

— Невкусно? — спросила она.

— Ну и гадость!

— Но все равно, батат еда полезная, в нем много крахмала, а крахмал превращается в сахар и дает много энергии.

Она разделила все плоды пополам, и они принялись за трапезу.

Покончив с едой, Бетти растерла листья и корни купены, смешала их с водой и обложила этой кашицей его ноги.

— Как ты думаешь, который час? — спросил он.

— Часа три дня.

— Полицейских не видно?

— Нет, но я слышала лай собак.

— Собак?!

— Но они еще далеко. Дотемна вряд ли появятся здесь.

Он успокоился. В тишине пещеры было слышно лишь журчание воды.

ГЛАВА 15

Они покинули пещеру на закате. Небо еще оставалось светлым, но внизу, среди деревьев, было уже почти темно, Бетти повела его по звериной тропе.

— Не отставай, — сказала она, — старайся идти вслед. Так будет легче.

Но это было нелегко. Они прошли не больше полумили, а он уже сильно хромал. Ноги снова кровоточили, и Бетти вернулась к ручью, чтобы он мог опустить их в холодную воду.

— Как думаешь, я донесу тебя? — спросила она.

Кровь бросилась ему в лицо.

— Меня? Ни за что!

— Но ты же сам не дойдешь.

— Сколько еще осталось до дороги? — спросил он.

— Мили три, но я не думаю, что нам следует идти по дороге. Скорее всего именно там они нас и поджидают.

От ледяной воды боль стихла, и Чарли вздохнул с облегчением.

— Кажется, я могу идти, — сказал он.

Они отправились дальше. Первые сто метров его онемевшие ноги не чувствовали боли, но потом она вернулась с новой силой. И хотя похолодало, пот стекал у него со лба и обжигал глаза.

Бетти обернулась и спросила:

— Ну как ты?

— Все в порядке, — кивнул он.

Но она замедлила шаги. Он ковылял следом.

Теперь Бетти останавливалась все чаще и чаще.

— Так дело не пойдет, — наконец сказала она и молча опустилась на землю. Он с облегчением повалился рядом с ней.

— Мы делаем не больше мили в час, — сказала она. — Ходу остается еще часов на пятнадцать, значит, придется идти после рассвета, а это очень опасно.

Чарли потер глаза.

— Иди одна, — сказал он. — Я останусь здесь, а когда ноги отойдут, я догоню тебя.

Неожиданно она разозлилась.

— Ты что, с ума сошел? Если ты не погибнешь здесь с голоду, умрешь от заражения крови. Мы должны добраться туда, где тебе окажут помощь. Но если и не будет заражения, тебя здесь найдут собаки.

Чарли хотел было возразить, но не знал, что сказать. В тишине завыл шакал. Звук этот, чем-то напоминающий вой волка, поднимался все выше и выше и, достигнув пронзительно высокой ноты, неожиданно оборвался. Вслед за ним разразился неистовый лай койотов.

— Господи, — сказал Чарли, — сколько же их?

— Всего-навсего один, — сказала Бетти.

— А кажется, будто целый десяток.

Она тихо рассмеялась.

— Старики говорят, что шакал растягивает свой вой, а потом прибегает и разгрызает его на куски.

— А где он сейчас? — спросил Чарли.

— Судя по звуку, недалеко. Может, возле той пещеры, откуда мы только что ушли.

— Хорошо, что нас там уже нет. А то плохо бы нам пришлось.

Она снова тихо засмеялась.

— Глупости, больше всего на свете шакал боится человека.

— Но ты только послушай, как он воет.

— Это он пыль в глаза пускает.

Снова прозвучал вой шакала, и в лесу все смолкло.

— Я тебя выведу на дорогу и спрячу в надежном месте. У Донни Сильного есть старая машина. Я схожу за ней. Мы вернемся за тобой на автомобиле.

— А разве на дороге не будет патрулей?

— Может, и будут, но надо рискнуть, иначе придется возвращаться в пещеру. Тогда завтра я принесу тебе туда лекарство и еду.

— Но ты же говоришь, что собаки в конце концов разыщут эту пещеру, — сказал он.

— В том-то и дело. Поэтому лучше рискнуть и выбраться на дорогу.

Когда наконец они вышли на дорогу — две параллельные пыльные колеи, проложенные в траве, — взошла луна.

— Осталось совсем немного, — сказала Бетти. — Неподалеку протекает ручей. Мы должны добраться до него.

Но Чарли не мог больше ступить ни шагу.

— Я поползу, — сказал он в каком-то полубреду.

— Еще чего!

— Но что же делать?

— Поднимись на ноги и залезай ко мне на закорки. Тут совсем близко. Донесу.

— Ни за что.