Маса: Дан на, карэ дэ ва аримасэн. Арукася то Диксон ва симэсиавасэтэ ирун дэс ё! Арукася-о нигаситэ симаимасита. Моосивакэ аримасэн…

Фандорин: Лакей в сговоре с Диксоном?… Что ж ты раньше не сказал? (Делает порывистое движение, чтобы бежать к выходу. Останавливается.) Чёрт, не бросать же его здесь.

Пробует поднять нотариуса, но мешает рука в гипсе.

Фандорин: Тэ га… Дэ ва, таному.

Маса берёт Слюнькова под мышки, тащит.

Фандорин выходит на просцениум, и занавес за его спиной смыкается.

5. Содом и Гоморра

Перед занавесом.

Фандорин поворачивается, идёт к кулисе, навстречу ему выходит Инга.

Фандорин: Вы не спите?

Инга: Разве уснёшь? Места себе не нахожу. Все затаились по комнатам. Время будто остановилось. Так захотелось хоть с кем-нибудь словом перемолвиться… Вышла в коридор. Там двери спален, одна за другой. Господи, думаю, ведь это комната дяди Казимира. Он там сейчас на столе лежит, мёртвый, с разрезанным животом. Отбежала к следующей двери. Только перевела дыхание, и вдруг ударило: а это же комната мистера Диксона. Тоже мертвец! И так мне жутко стало! Бросилась стучать в следующую дверь, сама не знаю, зачем. Там остановился нотариус, он-то вроде бы жив. Стучу – ни звука. Тишина. Мёртвая! Дальше мамина комната. Думаю, если и там тихо-с ума сойду. Стучу – безмолвие. Сон, кошмарный сон! Перебегаю к двери отца. Молочу уже кулаками, со всей силы. И тут наконец отклик. «Немедленно уходите! Я позову на помощь!» Я ему: «Папа, это я, Инга!» А он: «Иди к себе и запрись!» Так и не открыл… И Яна нет… Всё ищет свой веер. Меня с собой не взял… С ним было бы не страшно…

Фандорин: Надо сказать ему… Нет, сначала с лакеем.

С другой стороны сцены появляется Фаддей с канделябром в руке.

Фаддей (бормочет): Всё носются, всё бегают. Ночь-полночь, угомона на них нет. Ни «доброй вам ночи, Фаддей Поликарпыч», ни «моё почтение»…

Фандорин: Послушайте, Фаддей Поликарпович, моё почтение. Проводите-ка меня в комнату вашего п-помощника Аркадия. У меня до него срочное дело.

Фаддей: Проводить можно, чего не проводить.

Фандорин: Где он живёт?

Фаддей: Известно где, во флигеле.

Фандорин: Сударыня, вам следует и в самом деле вернуться к себе. Ничего не бойтесь, дело идёт к развязке. (Фаддею.) Ну, ведите.

Фаддей: Свести можно. Только Аркашки там нет.

Фандорин: А где же он?

Фаддей: Наверх побег. (Показывает пальцем вверх.)

Фандорин: Куда наверх?

Фаддей: Кто его знает. На лестнице налетел, как скаженный. Ни «здрасьте вам, Фаддей Поликарпыч», ни «доброй вам ночи». Чуть с ног не сшиб…

Фандорин: Чердак!

Бежит.

Инга: Что чердак? Боже, Ян!

Бросается следом за Фандориным.

Фаддей (глядя им вслед): И эти бегать. Содом и Гоморра!

6. На чердаке

Слева открывается часть занавеса. Это лестничная площадка перед чердачной дверью. Через оконце проникает тусклый свет.

Фандорин, за ним Инга.

Фандорин: Заперто! Кто запер? Ян или..?

Инга (бросается к двери, стучит в неё): Ян! Ян! Ты меня слышишь? Ян, открой!

Раздаётся выстрел, потом шум, грохот.

Инга отчаянно кричит.

Фандорин разбегается, бьёт плечом в дверь. Дверь слетает с петель. Занавес сдвигается вправо.

Фандорин: Чёрт! Рука! (Сгибается в три погибели, обхватив загипсованную руку.)

Инга бежит вперёд одна.

Занавес едет вправо, постепенно открывая чердак. Там на заднем плане свален всякий хлам, свет проникает через несколько круглых окошек. Свет постепенно становится ярче.

Видно, что на полу двое: Ян и Аркаша. Они вцепились друг в друга мёртвой хваткой. Рядом валяется револьвер. Лакей сильнее. Вот он оказался сверху. Противники держат друг друга за руки.