Читаем Имперский вальс полностью

– Это не то, что можно подумать, – глухо, но четко заговорила женщина. – Я не собираюсь прыгать… в общем… Дерра! Эди!

Сабрина, сощурившись, посмотрела сыну прямо в глаза.

– Это случилось не потому, что я этого искала, – твердо произнесла Сабрина. – И я не собираюсь это продолжать. Но и быть неверной женой, пусть и чисто на бумаге, я не желаю. Поэтому…

Она обвела жестом стол, где подписывались документы. А Эдмонт несколько мгновений пристально смотрел на мать. А потом со свистом выдохнул сквозь сжатые зубы.

– Он отверг тебя? – чувствуя, как в груди начинает подниматься ярость, спросил парень.

– Я и не спрашивала его о чем-то таком, Эди, – ответила женщина. – И то, что произошло, от нас практически не зависело. Ни Аринэль, ни я, ничего не собирались делать.

– Это как так? – уже со злостью буквально выплюнул парень. – Вы что, ошиблись что ли? Случайно потра…

Тут Сабрина очень холодно посмотрела на сына. И бранные слова буквально застряли у парня в глотке.

– Иногда, Эди, – произнесла женщина, спокойно, уверенно и наставляюще. – Происходят события, на которые ты никак не можешь повлиять, даже если очень хочешь…

– Но в твоем случае, как ЭТО может произойти без желания?! – буквально прорычал Эдмонт.

Сабрина нахмурилась. Постучала пальцами по подлокотнику кресла.

– Мне очень неприятно говорить об этом с тобой, – произнесла она, наконец. – Но также мне очень важно, чтобы ты понимал меня. Да, это произошло. Произошло вопреки тому, что мы полагали делать. Более того, Аринэль в тот момент пребывал в состоянии, когда не мог в полной мере отдавать отчет в своих действиях. То есть, в произошедшем по большей части вина лежит на мне. Аринэль ни словом, ни делом не оскорбил меня, не пытался воспользоваться произошедшим, получить какие-то преференции. Он ни разу об это не напомнил и никому не рассказал.

– Откуда ты об этом знаешь? – продолжая полыхать от гнева, прохрипел Эди.

– Мне достаточно его слова, – спокойно ответила женщина. – Эди, ты много времени провел рядом с ним. И можешь сам прекрасно сделать выводы об Аринэле Тайфоле.

Парень скрипнул зубами. И опустил взгляд.

– И как… – от споткнулся и посмотрел на мать. – Как мне теперь быть? Знать, что… Вот это все и смотреть на него?

– Это жизнь, Эди, – несколько устало ответила женщина, вздохнув. – И в ней иногда случается то, что сложно принять. Но принять надо…

…Аринэль отделился от остальной компании, которая стояла у ворот во двор бывшего карантина, и подошел к Эдмонту. А тот смотрел на Тайфола… И не понимал, как парень, который даже младше него, смог заинтересовать… Сабрину… Сэйтис.

– Рожу бить мне будешь? – спокойно поинтересовался Аринэль, подойдя и остановившись за пару шагов до Сонте.

Эди дернул щекой, зло посмотрел на Тайфола. И демонстративно спрятал руки в карманы.

– Был бы смысл, – процедил он. – Скажи мне, Тайфол. Хотя бы ты…

– Эди, – голос Аринэля сделался ледяным. – Запомни… пожалуйста. Еще раз попытаешься об этом узнать, прости, но рожу тебе набью я.

Верхняя губа Эди вздернулась в оскале. Кулаки в карманах сами собой сжались. Он несколько мгновений буравил Тайфола злым взглядом. А потом шагнул к Аринэлю и сгреб его правой рукой за воротник шинели.

– Вот что я скажу, Тайфол, – глухо произнес он, цедя сквозь зубы и смотря Ари прямо в глаза. – Моя мама… получила ультат. Из-за чего надо говорить? Так вот… Тайфол. Я вызову тебя на дуэль. И постараюсь убить… Или сдохну, но я не могу позволить считать, что мою маму выгнали из Рода.

Аринэль тоже несколько мгновений пристально смотрел на Эдмонта. А тот не опускал взгляда.

– Я все понял, Эди, – ответил Ари, с суровым выражением лица. – Я приложу все усилия, чтобы честь твоей мамы не была задета. Слово.

Эдмонт еще раз зыркнул на Тайфола угрожающим взглядом, отпустил воротник его шинели и резко развернувшись на каблуках, ушел. Аринэль проводил его взглядом.

«Вот так пацаны становятся мужчинами» – подумал Ари, тоже поворачиваясь.

Вот ведь недавно этот парень гонялся только о том, что к нему питает нежные чувства женщина старше него. А теперь раз и вот уже говорит мужчина. Можно загордиться, типа это его, Аринэля, влияние. Но нет. Стержень либо есть, либо его нет.

Или вот взять Антарию Эридис. Аристократка из правящего дома. Привыкла командовать, привыкла к роскоши. К вниманию, само собой. Как, собственно, и Юлиса. Но в них тоже есть этот самый стержень. Честно говоря, несмотря на то, что произошло тут, в Академии, Аринэлю нравилась Империя. Нравилось то, что члены правящего рода, наследная принцесса, на секундочку, может… Пойти на смерть за то, то считает правильным. Пойти не ярко, пафосно и прилюдно, а вот так, без фанфар, просто считая это необходимым. Упереться и идти до конца, несмотря на такую цену.