— Это лишнее! Оденься, я пошутил, незачем было так нагло на меня смотреть, — пытаюсь затормозить процесс разоблачения женщины.

— Это подарок, — перебивает меня Бокри.

— Нахрен подарок! У меня дома три жены-красавицы, обойдусь, — упрямо отказываюсь я.

— Так это для ваших жён тоже подарок! — спорит со мной баронесса.

Ничего себе заявы! А тут более раскрепощённый народ, чем в империи! Но Пьон мне выгрызет мозг за такой подарок, Мила кинжалом отрежет что-нибудь, а Ольча может и отравить. Не всерьёз, но с горшка слазить не буду. У них в королевстве много разных ядов, она сама рассказывала, как одна из сестёр подсыпала ей отраву в еду, и Ольча три месяца ходила с красной физиономией. Целитель пятнадцатого ранга и тот сразу не смог вылечить. Джунгли мало изучены в этом плане.

— Ты что подумал, мальчишка⁈ — внезапно краснеет Бокри. — Этот комплект из коры местного подвида дуба повышает чувствительность женщины! Поносишь его полдня и полночи, потом сама не своя будешь!

— А, вот оно что! А зачем ты его сейчас носишь? — оскалился в улыбке я.

— Это самое ценное, что было в доме, надела, чтобы не украли! Хорошо, что коротышка, который нас с племянницей пленил, не разбирался в ценностях, — смущённо поясняет женщина.

Подарок я заберу, но дарить кому-то из своих? Вряд ли. Продам.

— Ригард! Найди что-нибудь из одежды, а ты давай в моём дилижансе переодевайся, что тут светить прелестями, — даю команду я.

Неожиданно Бокри проскальзывает в мой отсек, вместо того чтобы переодеться в общем. Её ловкие пальцы принимаются шустро раздевать меня. Вернее даже не раздевать, а высвобождать нужный ей орган.

— Баронесса, я же сказал, не требуется! — возмущаюсь ролью пользуемого я.

— Мне требуется! Два дня ношу этот комплект, уже на сучки деревьев с интересом посматриваю! Причем даже на короткие! Сил нет терпеть, ну тебе что, жалко? Пять минут и всё! — торопливо поясняет Бокри.

Мне было не жалко, разве что времени. Пятью минутами не обошлось, почти на час задержался. Остатки маны ушли на звуковой полог. Да не буду я продавать такую ценную вещь как комплект из лифчика, короткой юбки и чулков! Пусть и ношенных немного. Кора мягкая, приятная на ощупь, девочкам понравится!

Баронессе выделяю повозку с двумя лошадьми, пару солдат в провожатые, еды из награбленных запасов и денег из своих.

— Вот что значит благородный человек! — устало говорит Бокри на прощанье.

Надо сказать, причина остановки ни у кого удивления не вызвала, а взгляды, бросаемые на меня, были завистливо-одобрительные. К вечеру прибыли в порт. И только тут я понял, как много мы вывезли! Всё пространство было завалено барахлом, а корабли с трофеями под прикрытием искателей уже отправились в первую ходку. Пожалуй, за два рейса не вывезти, ведь ещё армию надо перевозить. А делать три ходки уже рискованно, может подойти подкрепление противника. Прикидываю по времени, сколько мне тут куковать? Ночевать буду на искателе Мелич, в море, заодно запас маны поправлю свой. А то, как голый.

— Граф, к вам просится Келидана, — заходит в мою палатку Ригард.

— Да пусть, — разрешаю я устало.

— Всё самое ценное уже отправили — золото, тысячу коней, сотни четыре пленников, ну и барахло поприличнее, — отчитывается вошедшая Келидана. — Барон ещё тут, но семью свою отправил в империю.

— Ты про Аршипа? Да помог он мне, давай завтра пообщаемся, я сейчас на искатель собираюсь погрузиться, и в море.

— Я затем и пришла. Можно с тобой? А по дороге тебе всё подробно расскажу. Ну, или ещё чего захочешь, — мурлыкнула Келидана, погладив меня по колену.

А я понял, что ничего не хочу — баронесса выжала из меня все соки.

На искателе было откровенно тесно, единственная отдельная большая каюта у Мелич, и та, зараза, из неё уходить не захотела. По итогу спали мы там втроём, и Келидана, не стесняясь дочки, домогалась до меня.

— Гарод, можешь мне подарок сделать? — просит она меня утром.

— Сделаю, чего уж, — добродушно отвечаю я, поглаживая выпуклости Келиданы. — Что хотела?

— Госпожа Мелич, на горизонте корабли императора! — разрушает идиллию вошедшая после короткого стука в дверь офицерша экипажа.

— Ну, — не понимает Мелич, и я, кстати, тоже.

— На флагмане штандарт императора!

— Он в столице же, — хором говорим мы трое.

— Значит, кто-то из его наследников, из первой сотни причем, только они могут поднимать штандарт императора Хоста. И флот, который идёт сюда громадный, кораблей сорок, не меньше.

Глава 24

Я возвращаюсь на берег и ожидаю гостей. Упс. Зря. Это меня к ним дергают, а не они сами снизошли. Неизвестный мне принц Бартоломью Хост. Со мной плывет Ригард, Гато и Баркли, остальные заняты делом в порту — грузят награбленное.

— Немедленно предстать пред очи принца, — недовольно шевелит толстыми мясистыми губами посланник.