Читаем Император полностью

– За полчаса до назначенного времени члены императорской фамилии, в том числе Николай Второй, прибудут в Малахитовый зал Зимнего дворца, вход в который охраняют гвардейцы в парадных костюмах. Придворные собираются в других залах, где за соблюдением распорядка будут наблюдать чины церемониальной части. Когда кортеж будет образован полностью, я доложу об этом монарху. Тотчас после этого великие князья выстраиваются вслед за императором согласно порядку престолонаследия. Великие княжны занимают места соответственно рангу их отцов и мужей. При выходе из Малахитового зала в первой паре следуют государь и императрица-мать, во второй – Николай Второй и Александра Федоровна. Министр двора господин Джонсон находится справа от государя, за ним – генерал-адъютант, свитский генерал и ваши флигель-адъютанты. Остальные члены кортежа двигаются попарно. Войдя в Концертный зал, ваше величество должны ответить на поклоны собравшихся там лиц. В этом зале соберутся все придворные дамы, придворные чины, члены Государственного совета, командующие фронтами, сенаторы, статс-секретари, почетные опекуны и прочие важные господа. Шествие будет проходить через Николаевский зал, занятый офицерами гвардейских полков. В других залах будут размещаться иные допущенные на церемониал лица и именитое купечество, на хорах – корреспонденты газет. В час пополудни император и сопровождавшие его лица направляются в Исаакиевский собор. На самой службе будут присутствовать лишь великие князья, особо важные сановники и командующие фронтами. Остальные будут ожидать конца службы вне пределов церкви. Церемониймейстеры будут следить за тем, чтобы присутствующие не разговаривали громко и своевременно, до конца службы возвращались на занимаемые ими в залах места. Ну а потом предстоит праздничный приём в Зимнем дворце. И представление вашему величеству иноземных послов.

Глянув на то, как я воспринимаю его план коронации, барон Штакельберг продолжил:

– Церемониал является не только отражением нравственного состояния общества. Это своеобразный пролог будущей политической программы верховной власти. Любое действие на нём имеет большой смысл. Вот, например вашему величеству будет преподнесен для целования крест, бывший на Петре I во время Полтавской битвы; этот крест спас его от смерти: пуля, попав в крест, отскочила от него. Таким образом, церковь подчеркивает героический дух императора, проявленный во время взятия Ковеля. Годами выработанный этикет поддерживает престиж придворной жизни. Это не только преграда, отделяющая государя от его подданных, это в то же время защита подданных от произвола государя. Этикет создает атмосферу всеобщего уважения, когда каждый ценой свободы и удобств сохраняет свое достоинство. Там, где царит этикет, придворные – вельможи и дамы света, там же, где этикет отсутствует, они спускаются на уровень лакеев и горничных, ибо интимность без близости и без равенства всегда унизительна, равно как для тех, кто ее навязывает, как и для тех, кому ее навязывают.

Я внимательно слушал обер-церемониймейстера двора, но то, что хотел услышать, так и не дождался. А меня интересовал простой вопрос: с какого момента этой церемонии я становлюсь полноценным монархом? Когда смогу издавать уже разработанные с Кацем манифесты и отдавать распоряжения, неподвластные никакой критике? Об этом барон Штакельберг ничего не говорил. Пришлось напрямую спросить его об этом. Оказывается, истинным государем Михаил становится после проведения обряда помазания и венчания на царство в церкви. Вот после того, как я поцелую крест и дам клятву на Библии, могу вести себя как истинный царь. Ни перед кем не нужно отчитываться или оправдываться – только перед Богом или перед собой. Я не зря, можно сказать, бил копытом в ожидании того момента, когда получу всю полноту власти. Аналитический отдел КНП, который всё-таки сформировал Кац, выдал весьма тревожную справку – несмотря на военные успехи Юго-Западного фронта и популярность Михаила, протестные настроения в обществе нарастали. Нужно было их как-то гасить, и единственное, что сейчас было возможно сделать, это новому императору выпустить дарующие что-то серьёзное народу – манифесты.