Читаем Иммунитет (СИ) полностью

С одной стороны, ему совсем не хотелось этой встречи, но с другой… Узнать, как и с кем живет Гарри, наверное, было бы не лишним. Но идти в дом, явно находящийся под наблюдением директора, а может, и не только его, казалось идиотизмом. Он легко объяснил это Поттеру и предложил встречу где-нибудь в кафе, в любом городе, где будет удобно миссис Дурсль.

Петунья выбрала… Манчестер, естественно. Во-первых, там жила ее подруга, во-вторых, миссис Филдс, в-третьих, если что, Марджори Дурсль со своими бульдогами. Но главное, пока Гарри занимался с психологом, они с Верноном обошли немало кафе, и теперь она прекрасно в них ориентировалась.

Солнечный день и довольно уютное кафе так и призывали расслабиться, но Северус чувствовал: что-то произойдет. В ожидании он неспешно потягивал кофе, горький, густой и крепкий, слегка отдающий мускатным орехом, и внимательно следил за всеми входящими в зал для некурящих: носу зельевара табачный дым категорически противопоказан.

В дверном проеме появилась худощавая женщина в светло-голубом платье… Светлые волосы совсем неуловимо отдавали рыжиной. Петунья? Она была вовсе не похожа на Лили, но… было видно, что она — Эванс. Северус встал, приветствуя ее, и помог присесть, отодвинув стул.

Миссис Дурсль, как настоящая женщина, собиралась с самого утра. Муж даже пару раз хмыкнул, на что та справедливо заметила, что, как ни крути, впечатление лучше бы произвести самое благоприятное. Она хотела прийти заранее, но потом передумала и с полчаса примеряла какие-то совершенно не нужные ей шляпки в магазинчике неподалеку. И немного опоздала, что уж там.

Северуса она увидела с порога — высокий и черный, он выделялся на общем фоне своей строгой фигурой, даже когда сидел. Он… нет, она не назвала бы его красивым, отнюдь, но из нескладного тощего подростка получился определенно интересный мужчина. Расположившиеся за столиком неподалеку две дамы, по крайней мере, посматривали в его сторону весьма заинтересованно, а ее буквально прошили взглядами, едва она подошла и поздоровалась.

Неожиданно она подумала, какая бы это могла быть красивая пара… Огненно-рыжая Лили и угольно-черный Северус. И едва сдержала слезы. К счастью, он не заметил (или сделал вид, неважно). Главное — отвернулся, подзывая официанта, и дал ей возможность взять себя в руки.

— Мистер Снейп, простите мою настойчивость, но мне необходимо с вами поговорить. О Гарри. Каким временем вы располагаете?

— Готов выслушать все, что вы сочтете нужным, миссис Дурсль, — невозмутимо ответил он.

Он уже предполагал, что именно услышит, но все равно… Почему у «железной Пет» так подозрительно блестят глаза? Неужели слезы? Вот еще не хватало.

Женщина посмотрела и неуверенно предложила:

— Северус? Я… могу вас… тебя… так называть? Э-э, по старой памяти?

«По старой и не очень доброй памяти лучше бы никак меня не называть», — чуть не съязвил он, но, глядя на ее лицо, сдержался. Спорить с женщиной, готовой расплакаться? Увольте.

— Да, Петунья, конечно. Позволишь заказать тебе что-нибудь или выберешь сама?

Как вовремя подошел официант, надо будет оставить чаевые… Рутинные действия, как и спокойная готовность Северуса к разговору, помогли успокоиться, и дальше она продолжала уже увереннее.

— Гарри нужен наставник. Он тянется к тебе, как, — миссис Дурсль закусила губу и перевела дыхание, — наверное, тянулся бы к отцу. Увы, нам с Верноном не заменить ему родителей…

Тут дух перехватило уже у Северуса, да так, что он даже не сразу смог ответить.

— Ты… мне?! …Предлагаешь заменить Лили и Джеймса? При всем том, что он всю жизнь живет с вами и, кажется, совсем не против этого…

— Северус, я не наш мир имела в виду! И… Да он только о тебе и говорит! — Петунья вдруг разозлилась. — Не хмыкай и бровями своими не… не копоши!

— Не что? — опешил Снейп.

Миссис Дурсль покраснела и прикусила язык. Отчего ж ее так понесло-то…

— Я весьма удивлен, что ты так… прикипела к племяннику. Не ожидал.

— Все не так… Северус… Может, пройдем на балкон? В этом кафе есть, я знаю. Там… никто не сможет подслушать.

— Нас и так никто не слышит. И не услышит, пока я здесь.

— Ах да, ты же можешь...

— Не могу, а уже сделал, – прервал ее Снейп. – Рассказывай.

После исповеди Петуньи Снейп сидел задумчивый и мрачный. Миссис Дурсль молча кляла себя за то, что доверилась этому… этому… невозможному каменному идолу.

— Спасибо, что рассказала, Пет.

Негромкий голос неожиданно мягко погладил ее натянутые, как струны, нервы, и женщина вздрогнула. На нее же ничто не должно действовать! А Северус продолжал, так же обволакивающе-мягко.

— Это было очень важно. Ты даже не представляешь, как это было важно…

— Твоя магия на меня не подействует, я защищена, — заявила она, вызвав у него очередной ступор. — Я с амулетом мужа, с которым он ходил в ваш гоблинский банк.

— Я совершенно не собирался как-то воздействовать на тебя, разве что предложить успокоительное, — усмехнулся Снейп. — Но его пьют исключительно добровольно. Иначе легко отправиться на тот свет. И что ты в лице изменилась? Поперхнуться можно, я имел в виду.

— А… твой голос?