Читаем Имхо полностью

— Книгу я прочла, класс открыли, но чтобы его активировать нужна универсальная отмычка. А вот добыть ее непросто. Можно сделать у воровского мастера из холодного серебра, а затем зачаровать. Можно найти, а вот где в задание не говорится. А можно украсть у Старшого. Но по мне так проще найти, чем соваться к нему с желанием обокрасть.

— А если купить где? Да у того же Старшого?

— Не знаю, про это ничего не сказано.

— Вот мы и попробуем. Нестандартные решения чаще всего и приводят к нужной цели. По себе знаю, — я почему-то был уверен, что отмычку нам глава местных воров уступит. За дорого конечно, но отдаст, а как иначе, мы же особые.

… Солнце в эту ночь резко рухнуло за горизонт, словно сорвалось с веревки. Сразу стало темно, подуло прохладным воздухом. Было немного зябко, и я добавил в собственный «термостат климат-контроля» пару градусов. Вокруг нас будто черный бархат опустили, хоть глаз коли. Поэтому ориентировались больше на звук, который и подсказал, что в метрах ста от нашего местонахождения творится что-то неладное. А затем ночь разорвало переливистое ржание лошади. На наше счастье выглянула луна и мы стали лицезреть увлекательную картину.

Абсолютно белая, как первый выпавший снег, по полю кругами носилась кобылица, кувыркаясь в пшенице, падая на спину и взбрыкивая при этом копытами. После ее действия на сельхозугодиях оставались круги, которые в реале уфологи встречают на полях и считают делом конечностей инопланетян. С какой целю самка коня устраивала здесь паркур, было не ясно, но нам и не требовалось это разгадывать, а вот обуздать кобылу необходимо.

Мы подкрадывались со скоростью черепахи, чтобы не обнаружить себя. Валька, так та вообще в инвиз ушла, ей проще с таким умением, а мне приходилось пузом считать неровности пахотного участка. Постепенно расстояние сокращалось, а лошадь словно и не замечала нас. И вот я уже на расстоянии прыжка. Делаю его в тот момент, когда кобыла поднимается со спины на ноги. Я не силен в лошадях, поэтому не понимаю людей, которые восторгаются красотой и грацией этих животных. По мне так самое обычное. Ничем не лучше слона или шимпанзе, у каждого свои прекрасные черты. Но эта кобыла была царицей лошадей. Не влюбиться в такое животное было просто невозможно. Лебяжья шея, тонкие, но мощные ноги. Она словно парила над землей. А после моего прыжка и падения ей на спину, иллюзия парения переросла в уверенность.

Как только я упал на круп, сразу схватился за гриву обеими руками, намотав жесткий волос, которые резал пальцы в кровь, себе на кисти. Боль потерпим, а вот падать нельзя никак. Для еще большей устойчивости или усидчивости, припал к крупу максимально ближе, а ноги вжал в ее тело. Что тут началось! Кобыла пронзительно заржала, поднялась на дыбы, пытаясь сбросить незапланированного ездока. Слава Бону, кувыркаться не додумалась, а то бы точно раздавила. Вместо этого мы понеслись к звездам, которые горели на ночном небе. Узнавать и запоминать неизвестные созвездия времени не было. Все силы были брошены на то, чтобы усидеть. Лошадка подо мной напоминала истребитель СУ-61 шестого поколения, выписывая фигуры высшего пилотажа и выдавая до 5 Махов. Я же себя ощущал летчиком-испытателем, который совершенно неожиданно для него оказался на обратной стороне лобового стекла кабины. Голова кружилась, только что я видел землю, а вот уже и небо. То мы падали, как на американских горках, то начинаем крутится в фигуре высшего пилотажа — «бочке». Меня мотало нещадно, сам офигевал от себя, как я умудрялся держаться. Сколько длились мучения, сказать не могу. 10 минут, час, сутки, год? Время растянулось липкой патокой. Но вдруг мытарства закончились. Кобыла пошла ровным ходом по облакам, опускаясь к земле и снижая скорость. И вот она ступила на твердую поверхность и человеческим голосом сказала, остановившись:

— Ты сумел меня обуздать, за это я награжу тебя подарком.

Она ударила стройным копытом (если они бывают стройными) оземь, и откуда-то сбоку послышалось другое ржание и топот. К царице-кобылице приближались два таких коня, что дух захватывало. Не хуже оба, чем чистокровный английский жеребец Фусачи Пегасус стоимостью в 70 млн долларов. А рядом с ними тусил пони, да еще и горбатый.

— Послушай меня Ив, двух коней подари-продай, но Горбунка не отдавай, — напутствовала побежденная лошадь. — Он тебе другом станет и поможет в трудную минуту.

Точно! Конек-Горбунок! Я же сразу предполагал, что так будет, но после небесных пируэтов, тупанул. Всю величественную картину происходящего портило одно. Я стоял и блевал. Причем не принятой пищей, а какой-то водой с привкусом желчи. Но и эти мучения закончились. Кобыла терпеливо выжидала моего ответа, отвернув морду для приличия или избегая взглядом нелицеприятную картину. После чего, я утерся рукавом и задвинул мудрую речь:

— Спасибо, не отдам, вот только и ездить на нем не стану. По крайней мере, в открытую.