– В легкую, – кивнул Саша. – Ам – и нету.

– Отвратительно, – простонала Елена. – Вы пищевой монстр.

– Вау! А вы смотритесь угарно, – не остался в долгу Саша. – Зачем так вырядились? Боитесь, что изнасилуют? Не беспокойтесь. Во-первых, я тут, прогоню маньяка, во-вторых, на улице светлый день, кругом народа полно, а в-третьих, вы уже по возрасту неликвид сексуального рынка. Снимайте ерундень, а то задохнетесь.

– Молодой человек, отстаньте! – фыркнула Зайчевская.

– Неудобно, наверное, в очках для плавания, – сказала я.

– Это антиаллергический набор, я привезла его из Японии, – снизошла до объяснений Елена. – Очки и платок от пыли, бумажная маска – защита от невидимых паразитов и микробов, перчатки, чтобы на кожу чего не попало. У меня аллергия!

Анжелика подняла зонтик.

– Внимание. Мы находимся на стартовой точке. Посмотрите друг на друга и запомните лица.

– Зачем? – бодро спросил Шурик. – На вечную память?

– Не смейте шутить на тему смерти! – взвизгнула Елена. – Она услышит и заберет вас.

Шурик согнул руку в локте.

– Я боксом занимаюсь. Хотите бицепс пощупать?

– Нет, – фыркнула Зайчевская.

– Как дам старухе с косой в нос, она тут же с копыт свалится, – пообещал Саша. – Бабы, я тут у вас один мужик, всегда можете рассчитывать на мою защиту.

Анжелика открыла сумку и добыла оттуда плоские пакетики.

– Получите одноразовые отличительно-привлекательные курточки. Их необходимо надеть. Итак, начинаем, я первая…

Анжелика разорвала пакет, вытащила оттуда что-то яркое, красное, энергично встряхнула, и у нее в руках оказалась ветровка из тонкой клеенки. Лика живо нацепила ее и завертелась в разные стороны.

– Ну как? Отличная вещица! И вам она досталась даром.

Я уставилась на наряд. Спереди его украшала надпись «Осторожно на дороге», сзади были нарисованы череп, кости и красовалось сообщение «Внимание, человек на трассе».

Глава 7

– Зачем это надевать? – удивилась Фаина.

– Чтобы к нашей группе никто бесплатный не присоединился, – объяснила Лика. – Вы кровные денежки заплатили. А полно людей, которые готовы на халяву меня послушать. Увидят, что вам что-то интересное рассказывают, и примкнут без приглашения. Подумают, будто никто не заметит, как они задарма развлекаются. Разве это честно по отношению к вам, отдавшим собственные деньги? Поэтому наденьте курточки. К одинаково наряженной компании нельзя примазаться, вмиг вычислят.

Все молча надели ветровки.

– Какие вы у меня красивые… – умилилась Анжелика. – Ну, слушаем, растопырив ушки. Мы находимся в Подмосковье. Много лет тому назад, в тысяча семьсот втором году, у графа Милова, которому принадлежала куча земель под Москвой, занедужила жена Марфа. Все вроде нормально у женщины, ничего не болит, а сил, аппетита и настроения нет. Лечили бедняжку лучшие врачи тех лет, но толку было ноль, несчастная графиня продолжала чахнуть. Милов понял, что от докторов толка нет, и обратился к знахарке Авдотье. Та пообщалась с Марфой и поставила диагноз: черная тоска, горькое уныние. То есть на современном языке – депрессия.

– Это от большого количества свободного времени, – заметила Фаина. – По себе знаю: бегаешь белкой в колесе, дел невпроворот, и времени на глупые мысли об одиночестве не остается. Но если заказов нет – все, начинает в голове всякая ерунда кипеть.

– Милов решил, что надо как-то веселить супругу, – повысила голос Анжелика, – и построил для нее театр. Вон там круглое здание видите?

– Да, – хором ответили мы.

– Муж по всей России искал актеров, музыкантов, – щебетала Анжелика, – выписал из Германии доктора, который знал чудодейственную гимнастику. Не стану вас утомлять долгим рассказом, главное, что через год княгиня…

– Графиня, – поправила телезвезда, – вы так сначала назвали Марфу.

Анжелика моргнула.

– И то и другое правильно. Отец ее был князем, муж графом.

– Повезло бабенке, – вздохнул Шурик. – Выздоровела она?

– Да, – кивнула Лика. – Даже родила пятнадцать детей и восемь собак.

– Круто! – захихикала Фаина. – Младенцы, понятное дело, от мужа. А псы от кого?

– Женщина не могла произвести на свет щенят, – отрезала Ольга Викторовна. – Глупое вранье, следовало придумать нечто, хоть отдаленно похожее на правду.

Личико Анжелики покрылось розовыми пятнами. Мне стало жаль приветливую девушку, скорей всего студентку, которая зарабатывает на жизнь, водя экскурсии, поэтому я сказала:

– Трудно говорить, когда тебя постоянно перебивают. Лика имела в виду, что графиня завела кучу собак.

Гид посмотрела на меня с благодарностью.