Читаем Именинница полностью

Больше они ничего не говорили. Пит два раза поцеловал трубку. Зофия сделала то же самое, прежде чем завершить разговор.

Как всегла – четное число раз.

Магазин стройматериалов располагался в километре отсюда.

Именно туда Пит и отправился за хорошим формовочным аппаратом. А также за шуфельной лопатой, гипсокартоном, клеем, саморезами, шпаклевкой и банкой белой краски.

Кроме этого, он купил латунную деталь, чем-то напоминающую педаль от пианино, и ручку для выдвижного ящика. Погрузив все это в машину, снова вернулся в магазин и купил кусок фанеры, который решил положить в качестве «ложного дна» в гардеробе.

Вернувшись в дом в Тильбакене, первым делом спустился в подвал. Дыша плесневелым воздухом, миновал ряды соседских кладовок, хорошо оборудованную постирочную и сушилку. Бомбоубежище располагалось в дальнем углу, за массивной дверью с двумя металлическими колесами – одно внизу, другое вверху, – чем-то напоминавшими рули на автомобиле. Пит повернул их одновременно по часовой стрелке, пока запирающие поршни с тяжким вздохом не покинули свои крепления.

В доме, где вырос Пит, тоже было бомбоубежище. Их высотка, в нескольких милях к югу от города, строилась по известной программе, которую политики называли «Программой «Миллион» – отдельную квартиру каждой семье», а народ окрестил «жильем для отвержен- ных».

Отверженность – но тогда Пит не понял бы этого слова. В его лексиконе не существовало специальных понятий для обозначения потерянности, безнадежности и вечного беспокойства, потому что это была его единственная жизнь и другой он не знал. Он учился выживать и бороться. Хотел стать частью чего-то большего, вместо того чтобы быть отверженным. Бомбоубежище в высотном доме заменяло детскую площадку, куда мальчишками они убегали из квартир, а потом гасили все лампы в глухом помещении без окон и играли в прятки или волшебную пе- щеру.