Читаем Именем Анны полностью

Голос Мины дрожал, всё-таки испугалась. Из-за всплеска душевной боли Лент забылся и стал говорить открыто, не выбирая слов. Ах, как нехорошо! Просто недопустимо в присутствии посторонних.

– Призвала, – механически поправил хозяин дома, направляя в рот насаженный на вилку ломтик первой закуски. – О, это божественно вкусно, господа! Она его не позвала, а призвала, и я до сих пор не понимаю причины. Были некоторые предположения. Говорят, чёрные за Чертой испытывают недостаток эмоций, потому изредка забирают жёлтых с целью перенаправить на себя поток накопленной теми любви. Вера была жёлтой, Мина. Уходя, она сказала, что отдаёт любовь, и это вполне укладывается в данную теорию, но чтоб по доброй воле..? Это так на неё не похоже! И почему она говорила про тело? Чёрному незачем её тело. Демоны бесполы, само собой, но при возрождении используют только мужской генетический материал. Это вам к размышлению. О вашей синей подруге. И ещё. Последние из красных, те, что не выжили из ума, шаманя и вызывая падучую, имеют одну занимательную легенду о круге силы. Что-то о том, что каждые пятьдесят лет как минимум у одной женщины на планете должно появиться желание воплотить Демона. В качестве сексуального партнёра. Якобы для возрождения чёрного клана. Однако я неплохо знал свою жену – подобного желания у человека её склада ума возникнуть не могло. Разве что, она была связана обязательствами.

– Обязательствами? – голос Мины заметно просел, и Лент подумал, что они с отцом напугали её не слегка. Хорошенький вышел ужин…

– Жёлтые – мастера договариваться. Как дипломат со стажем, могу вас заверить, милая Мина, что по сложности сделок равных им нет. Не удивлюсь, если это было платой за то, что одну из её прародительниц однажды усадили на какой-нибудь трон. Право же, оставьте! Что сейчас об этом говорить? Это было сто лет тому назад.

– Да, конечно, но вчера утром... Человек в моём шкафу… он не был вором, сэр?

Питер Скорз только величественно пожал плечами, предоставляя Ленту возможность выкручиваться самостоятельно. Всё верно. Ведь это именно Лент надумал откровенничать перед светлой.

– Нет, Мина, он не был вором. Во всяком случае не в том значении, которое вы в вкладываете в это слово. Он был вором душ и тел. И судя по услышанному сегодня от моего отца, ваша подруга Додо не только открыла ему путь, но и достала для него мужское тело. Не знаете чьё?

– Я не хочу отвечать на этот вопрос! – по тому как она затряслась, Лент понял, что испугалась она, действительно, до одури. Неудивительно. С одной стороны, она только что нашла свою подругу, то есть поняла, что той, скорее всего, ничего не угрожает, но с другой – навсегда её потеряла. Наверняка перебирает сейчас в голове имена и лица всех молодых людей, которые могли показаться безжалостной Додо подходящим материалом для демонического сосуда.

Кроме того, тот факт, что, оказавшись в доме Питера Скорза, Мина случайно узнала лишнее, тоже может не понравиться Додо. Это превращает непосвящённую светлую в свидетельницу тёмных преступлений, а что сможет рассказать такой свидетель, если его правильно расспросить, никогда неизвестно заранее. Пожалуй, с этой минуты Мине стоит опасаться за свою жизнь.

– Ты ведь знаешь, что ему нужны все цвета, сын, – отец говорил и жевал одновременно, но это почему-то не казалось вульгарным, воспринимаясь, скорее, как особый комплимент повару: беспрерывное смакование блюда, даже во время разговора. – Он не получил тебя, значит сунется к другому ведьмаку. Вас всегда было мало. Хочешь разобраться – прими меры.

Советник Короны редко оказывался неправ, а уж отказать ему в логике и вовсе никто не мог, поэтому Лент достал из кармана телефон и набрал по памяти номер. Нужный ему человек ответил неприветливо, но смягчился, узнав голос: «Ладно, приезжай! Отчего не поговорить?».

– Отец, я хотел бы взять Мину с собой, – к удивлению в её глазах он был готов и даже ожидал протеста, но вместо них почувствовал благодарность. Значит, он не ошибся – раз девушка охотно принимает защиту, она действительно опасается за свою жизнь.

«Прочесть» отца так же легко, как Мину, Ленту не удалось, тот жевал и глаза его были закрыты. Пока Лент раздумывал, стоит ли переспрашивать, глаза старика распахнулись и блеснули, совсем недобро: – Как знаешь. Она получит визу на въезде. Жаль, что вы не успели поесть. Если поторопитесь, то успеете на последний рейс.

Следующий вопрос Лент задавал уже стоя: – Хитроу?

– Гатвик. Вылет около полуночи. Ваши посадочные сбросят на твой телефон. До скорого свидания сын, – он даже не привстал, только снова прикрыл глаза, смакуя свою «божественную» закуску. Что ж, приоритеты у всех разные.

Мина оказалась у двери первой и протянула назад руку: – Пойдёмте, месье Лент, Гатвик далеко, нужно ехать по этой ужасной Лондон Роуд, а там всегда пробка…

Оказывается, она неплохо знала Лондон. И была просто очаровательна в своём волнении. Совсем как Анна. Его снова унесло…