Читаем Иллюзия любви полностью

Змееголовый вдруг остановился и на мгновение в его страшном облике мелькнули очень знакомые черты. Но только вот чьи – я так и не смогла понять.

Собрав последние силы, я рванулась и...

... И, конечно, проснулась.

Тяжело дыша, я огляделась – да, так оно и есть – я незаметно прикорнула на диване в гостиной – и села, опершись руками в диванные подушки.

Холодный пот стекал по моим щекам, но у меня не было сил, даже поднять руки, чтобы вытереть его.

– Дядя Моня, – прошептала я, не зная, откуда явилось в моей памяти это имя.

– Дядя Моня...

– Где я слышала это имя? – пробормотала я, поднимаясь на ноги. – Где я могла слышать это имя... Какое странное... дядя Моня. Кто он такой? Неужели так зовут странного змееголового, который явился ко мне в этом ужасном сновидении?

Я подошла к окну.

Занавески вздрогнули и пошевелились, словно волосы на голове убитого. Что-то ударило в стекло. Вскрикнув от испуга, я отпрянула в сторону и вдруг что-то заколотилось у меня в голове.

Господи, как я могла забыть?!

Ведь мы с Дашей шли к дяде Моне, когда попали в квартиру Марианны Генриховны... Постойте, так она же и живет в той самой квартире, где должен жить дядя Моня. Она нам сказала, когда мы пришли туда...

Я замычала от невероятного напряжения. Закрыла глаза, но в моем памяти удивительным образом стерлись все последние события и мысли. Только улыбалось лицо Ивана – такое милое и родное, что я едва заставила себя снова открыть глаза.

Она нам сказала...

Черт возьми, ничего не помню...

Вот тут-то я испугалась по-настоящему. Я бросилась к телефону и набрала номер Даши. Мне пришлось прослушать более десяти длинных гудков, прежде чем Даша подняла трубку.

– Алло... – проговорила она. Голос ее звучал так устало, что я едва узнала его, – что с тобой случилось? – спросила я, прежде чем заговорить о том, что случилось со мной. – Твой голос...

– А что с моим голосом? – сказала Даша.

Я не нашлась, что ответить.

– Устала просто, – сказала Даша, – я ведь еще не ложилась. Все пишу, пишу... Знаешь, я подумала, что мне необходимо зайти еще раз к Марианне Генриховне. Так сказать, почерпнуть вдохновение.

– Я тебе как раз по этому поводу и звоню, – сказала я.

– Да? – обрадовалась Даша. – Тоже хочешь пойти? Тогда пойдем вместе... Я еще хотела купить чего-нибудь к чаю... Торт там или пирожное. Как ты считаешь, что лучше? А, может быть, цветов купить ей – Марианне Генриховне?

– Погоди, погоди, погоди! – остановила я Дашину скороговорку. – Ты хоть помнишь, зачем мы приходили в эту квартиру?

– К Марианее Генриховне, – как-то неуверенно проговорила Даша. – Мы же с ней сколько общались...

– Вспомни! – воскликнула я. – Мы же – когда на ту квартиру шли – и понятия не имели ни о какой Марианне Генриховне! Мы искали... Кого?

– Кого? – повторила Даша. Она явно была очень озадачена этим вопросом.

– Дядю Моню, – сказала я.

Даша минуту молчала.

– Ты знаешь, Ольга, – медленно выговорила она, – я не помню, кто такой этот дядя Моня. То есть – что-то знакомое слышится в имени, но... Ничего определенного. Не могу вспомнить и все тут.

– Понятно, – сказала я. – Тогда программа действий такая...

– Какая? – живо поинтересовалась Даша. – Сначала в кондитерскую зайдем?

– Никакой кондитерской! – завопила я. – Сиди дома и жди, пока я приеду, понятно? У меня такое впечатление – довольно устойчивое – что нам с тобой очень умело запудрили мозги. Гипноз или... что-то в этом роде. Впрочем, на гипноз не похоже – тебя можно было бы им одурманить, но на меня он вряд ли бы подействовал... Я же все-таки... сама понимаешь, кто...

– Кто? – очень тихо проговорила Даша.

Мне вдруг стало страшно.

– Ты хоть что-нибудь понимаешь из того, что я говорю тебе? – спросила я.

– Прости, Ольга... – после длительной паузы ответила Даша каким-то не своим голосом, – я вообще что-то после того, как ты мне позвонила, соображать перестала. В ушах трещит и голова... словно раскалывается. Ты извини, но я, наверное, разговор продолжать не смогу. Выпью таблетку какую-нибудь и лягу.

– И хорошо! – поддержала я свою подругу. – И ложись! Отдохни немного и никуда не ходи. Ни в кондитерскую, ни... Я к тебе скоро приеду, поняла?

– Ага, – уже совсем слабо вякнула Даша и положила трубку.

Я отошла от телефона и вдруг почувствовала, что у меня подкашиваются ноги. В ушах раздавался мерный шум – словно волны накатывали, а голова закружилась вдруг так, что мне пришлось опереться о стену, чтобы не упасть.

«Вот так новости, – подумала я, – что же это со мной происходит? Дядя Моня... Господи, да тут и без него, как выяснилось, история покруче, чем можно было бы предположить. Или нет. Или не так все совсем... А может быть, дело все в том»...

Почувствовав, что я сейчас точно упаду, я кое-как добрела до дивана и тяжело опустилась на мягкие подушки.

Голова болела адски. И кружилась так, что мне стало дурно. Я едва успела наклониться и меня вырвало прямо на пол.

– Что за чертовщина, – пробормотала я, вытирая с губ горькую липкую слюну, – мне нужно... мне нужно...

Что мне было сейчас нужно, я внезапно поняла четко и ясно. Единственный выход из сложившейся ужасной ситуации.