Читаем Игры Богов полностью

За свою долгую службу Верховным Жрецом Понтифик видел сотни, а возможно, даже тысячи схваток. Но таких, какие он наблюдал сегодня, не было никогда. Поразил Жреца необычный вид светлокожего бесхвостого пришельца из неизвестных (а значит, очень далеких земель!) и его приятеля – здоровяка Ар'рахха. Но еще больше – нелогичность, с которой эти бойцы вели себя на арене схватки. На их месте двенадцать бойцов из двенадцати обязательно прикончили бы поверженного противника. Эти – не стали. Такую неосмотрительную доброту (у поверженного и униженного противника оставался шанс отомстить) могли позволить себе только слишком смелые или чересчур наивные воины.

Или другие Истинные Боги, подобные Эл'лоххиму, если таковые действительно где-то существовали и вдруг решили посетить эту многострадальную планету. И неизвестно, какой из вариантов предпочтительнее для Единственного и Всемогущего…

От глубоких раздумий Понтифика отвлек Младший Жрец, он же – слуга, неслышно ступающий по мягкому толстому ковру. Он принес немного хорошо прожаренного мяса, лепешку мыус'сового хлеба и небольшой кувшинчик красного вина. Верховный Жрец взглянул на поднос и вдруг вспомнил, что не ел со вчерашнего вечера. Он жестом отослал слугу и принялся за трапезу, по-прежнему размышляя над тем, кто из двух поразивших его бойцов может оказаться Спасителем Истинного Бога, а кто – только похож на такового…

…Проснулся Сашка от неприятного толчка в бок. Всю дорогу он проспал, зацепив, как обычно, плащ-палатку за стенки клетки. Толкал его острой палкой через решетку какой-то малый, одетый, как одеваются здесь слуги важного господина.

– Что надо? – хмуро спросил его Александр, раздумывая над тем, как бы повежливее объяснить этому уроду, что толкать спящего человека палкой – нехорошо. Так можно и на неприятности нарваться.

Слуга выпучил глаза, бросил палку и с криком: «Оно разговаривает!» – кинулся прочь, в какую-то дверь. Вскоре из дома, больше похожего на небольшой дворец, спустился по лестнице новый хозяин гладиатора. Он подошел к клетке, не глядя на человека, проронил:

– Выходи!..

Сашка свернул плащ-палатку, сунул ее в вещмешок и неторопливо выбрался из клетки.

– Это – оставь! – показал рабовладелец на баул Александра.

Сашка ничего не ответил, только поудобнее перехватил котомку и закинул ее на плечо. Неожиданно сбоку подскочил слуга – тот самый, который тыкал в человека палкой, вцепился в вещмешок и стал стаскивать его с плеча Александра. Сашка, не глядя на него, перехватил руку приспешника и, сильно сжав, резко крутанул по часовой стрелке. Раздался хруст. Слуга с воем отскочил и заковылял, баюкая неестественно вывернутую конечность.

– Это мой баул! – сказал он изумленному богатею. – И я его никому не отдам.

Работорговец немного подумал над тем, как половчее приструнить непокорного раба, но потом, видимо, решив, что странному светлокожему созданию все равно скоро «кирдык», а он еще должен отработать вложенные в него деньги, милостиво разрешил купленному гладиатору его маленькую прихоть. Но тут прибежал слуга с поломанной рукой в сопровождении полудюжины мордоворотов – судя по виду, отъявленных головорезов. Совершенно не обращая внимания на протестующие возгласы работорговца, они с палками в руках накинулись на Александра.

Охрана, которая не подчиняется" тому, кого она «как бы» охраняет – это не охрана. Это узаконенный рэкет, «пасущий» «дойную корову» и не дающий, чтобы ее доили другие. Богатей-рабовладелец был явно «под колпаком» у «охраны», которая в данную минуту собиралась своими методами проучить непокорного раба – чтобы знал свое место.

Однако у Сашки на этот счет было иное мнение. Он не стал дожидаться, когда его огреют палками. Резко двинул плечами, сбрасывая на землю походный баул, так некстати ставший «яблоком раздора», и одним молниеносным движением ушел вправо с линии атаки разъяренных «слуг».

Скорость они успели набрать приличную… Пролетев по инерции несколько шагов, они тормозили, разворачивались и поочередно нападали на человека. Во всяком случае, добросовестно пытались это сделать. Александр расправился с ними так, как матерый волк учит молодых волчат, по глупости показавших зубы вожаку стаи – без злости, но быстро и жестко, так, чтобы щенки впредь знали свое место.

Первого он поймал за руку, резко дернул ее вперед и вниз, заставил драка кувыркнуться в воздухе. Мордоворот со всего маху приземлился на спину, выронил палку, которая покатилась, звеня по неровностям вымощенного камнем двора. «Металлическая!» – сделал неприятное для себя открытие человек. – «Похоже, меня здесь собирались не только проучить…» Он слегка обиделся на неблагородных драков-рэкетиров и решил, что хорошая взбучка им не помешает.

Второго драка он встретил кулаком в лицо – максимально жестко, легко уйдя от размашистого удара дубиной сверху вниз; почти одновременно поймал третьего ударом ноги в живот. И когда тот на долю секунды замешкался, согнувшись пополам от крепкого лоу-кика, подскочил и безжалостно добавил локтем сзади по основанию черепа. «Слуга» рухнул как подкошенный.