Читаем Игры богов полностью

— Не соглашусь, — от ее слов стало совсем тошно, я обняла себя за плечи. — Дело не во внешности и не во власти. Мне Эрдан дорог вовсе не поэтому. Я его как будто чувствую, понимаешь. Словно он — самый родной для меня человек. Роднее его будто и нет никого… Я не знаю, как так получилось и почему. Ты правильно говоришь про «не срасталось», но у меня такое впечатление, что пока мы внешне противостояли друг другу, в глубине души все развивалось совсем иначе. Наоборот… И пусть Дейвон и выглядит так же, но он не вызывает у меня и тени этих чувств. Я люблю не внешнюю оболочку и не статус, я люблю самого человека.

— Я понимаю, поверь, — произнесла Ийяра тихо и даже с горечью, отвела взгляд. — Но толку от этих чувств? Никто и никогда не выбирался из небытия, так что Эрдан, считай, мертв. И тебе сейчас не горевать по нему надо, а о собственной участи задуматься. Дейвон крайне вспыльчив, он ненавидит брата за сам факт его существования и завидует во всем. На твое счастье, вряд ли он знает о твоих чувствах к принцу. Но если узнает… Эви, он страшен в ярости. Он что угодно может с тобой сделать. А после просто твоей же магией подкорректирует твое сознание, будто ничего и не было. И все. Будешь возле него преданной и послушной влюбленной дурочкой. Потому я и говорю, что для тебя единственный шанс сохранить саму себя — подстроиться в этой ситуации. Иначе никак, пойми.

Я и буду подстраиваться. Делать вид. Все ради того, чтобы Дейвон не заподозрил о том, что втайне я придаю Эрдану сил. Тут вся надежда на зелье. Ведь не исключено, что мои собственные жизненные силы иссякнут раньше, чем все сработает.

— Разумом я понимаю справедливость твоих слов, но принять их очень сложно, — я встала с кресла. — Дейвон — страшный человек. Мало того, что он обрек на смерть собственного брата, так ведь еще и леди Дамилу именно он убил. Сам мне вчера признался в этом. Да еще и подал так героически-благородно, мол, я не мог не отомстить за тебя. И его якобы чувства ко мне… Не может быть любовь такой. Какое-то безумие, одержимость, но точно не любовь.

Ийяра покачала головой.

— Нет, Эви. Как раз наоборот. Боюсь, именно чувства к тебе — это единственное, что осталось в Дейвоне хорошего. Он сам дотла выжег свою душу ненавистью и завистью. У него было все, но он вечно считал себя обделенным. А ведь не узнай он правды о своем происхождении, все для него сложилось бы иначе…

— Тогда почему Тай-Зираэль рассказал ему об этом?

— А он и не рассказывал. Это сделали посланники Шиара. Наши же уж точно не лучше местных, Иратовских. Они хоть и опасаются Тай-Зираэля, но все исподтишка ищут способ самим главенствовать. Вот и решили попробовать через Дейвона, манипулируя уже им. Поведали тому правду об его происхождении. И, как я предполагаю, преподнесли они истину самым гнусным образом, чтобы уж точно этим искалечить душу тогда еще ребенка. По сути, Дейвон тоже жертва обстоятельств и чужих мерзких интриг. Да только вырос из этой жертвы жестокий тиран, который не остановится ни перед чем. Ты все же подумай, Эви. Хорошенько подумай. Не ошибись в выборе, ведь тут цена твоей ошибки будет крайне высока.

Ийяра не подвела. В тот же день принесла мне зелье. Правда, она не стала уточнять: раздобыла она его где-то или же сама приготовила. Я магически чувствовала, что это то самое, нужное — хоть в восприятии моя магия меня все же не подводила. Причем, Ийяра расщедрилась на целую склянку, а ведь разовая доза была всего несколько капель. На что демоница лишь пожала плечами, мол, кто вас, людей, знает, в каких количествах ваши жалкие смертные организмы зелья потребляют.

Но это пришлось весьма кстати. Я ведь по-прежнему действовала вслепую, и единственным ориентиром служило смутное ощущение по незримой связи, что Эрдан все еще жив. Моя сила перетекала к нему каждое мгновение, и без зелья я бы точно долго не протянула. А так, пусть и одолевала слабость, но пока была вполне терпимой.

Я очень опасалась, что Дейвон вообще мне покоя не даст, будет изводить круглыми сутками напролет. Но нет, он поступил в точности до наоборот. Посадил меня под домашний арест. Аргументировал это так:

— Ничего, Эвелина, тебе на пользу пойдет. Посидишь, подумаешь над своим поведением. Поймешь, наконец, что именно я тебе нужен. Вот тогда-то и поговорим. И о снятии с тебя клейма смерти в том числе.

Но в то же время мне казалось, что им руководят все же немного другие мотивы. Почему-то складывалось впечатление, что Дейвон нарочно меня от себя ограждает, всерьез опасаясь, что сам не сдержится и наломает дров. И с одной стороны, это все же чуточку успокаивало: несмотря на все его запугивания, не такой уж он плевавший на все мерзавец. Но с другой, получается, и плохой исход вполне вероятен, раз сам Дейвон делает все, лишь бы его избежать.