Читаем Играем в 'Спринт' полностью

- Пусть слышат! Мне бояться нечего! - Он остановил на мне презрительный и вместе с тем почти ликующий взгляд. - Знаешь, что я сейчас сделаю?! Знаешь?! Я не буду с тобой ругаться. Я сейчас милицию позову. Милицию! Они твоему товару быстренько место найдут! И товару твоему, и тебе заодно!

- Зови, - хладнокровно сказал я, хотя мне не светило быть задержанным своими же коллегами. - Только учти, им говорить что-то надо, а что ты можешь сказать? Что? Ты даже имени моего не знаешь, я ведь мог соврать тебе вчера по телефону.

- Ничего, там разберутся, там во всем разберутся...

Тофик уже рыскал глазами по сторонам, и мне пришлось идти напролом:

- Ну, как знаешь. А насчет милиции не суетись. Еще неизвестно, кто из нас двоих их больше заинтересует.

- Как это? - не понял Тофик.

- Думаешь, я не знаю про гостиницу, не знаю про деньги?

Он растерянно уставился на меня.

- Что ты знаешь? Что?

Надо было пользоваться заминкой, иначе мои дела оборачивались совсем худо.

- Неважно.

- Нет, раз начал, говори. - Голос его звучал неуверенно.

- Ладно, замнем для ясности. Пошутили, посмеялись, пора и расходиться. Давай так: ты меня не видел, я тебя не знаю, и закончим на этом. - Я встал. - У тебя, приятель, с чувством юмора не все в порядке, ты уж не сердись...

Тофик тоже встал. Он подступился вплотную и с силой сжал мне плечо.

- Ты... ты настоящий подонок! Грязный и гнусный подонок! Подонок вот ты кто! - Он подумал, достаточно ли точно выразил свое ко мне отношение, и веско закончил: - Морду бы тебе набить, да руки пачкать неохота об такую мразь, как ты. Убирайся, пока цел!

При всей своей немощи я мог не беспокоиться за исход драки, даже если бы она состоялась: Тофик относился к другой, более лепкой весовой категории и вряд ли знал специальные приемы борьбы, которыми владел я. Но угроза быть задержанным висела надо мной, а не над ним, и потому мериться силой было не в моих интересах.

- Проваливай, - повторил он, воинственно поводя плечами.

Не стоило лишний раз испытывать судьбу.

Я плюнул на свое растоптанное в пух и прах самолюбие и молча ретировался.

* * *

Итоги встречи с Шахмамедовым, как пишут в официальных отчетах, оставляли желать много лучшего. Сергей Кузнецов не был знаком с Герасем этим фактом, по сути, исчерпывалась полезная информация, которую я немедля передал в розыск.

Помощи от Шахмамедова я не добился, на связи Кузнецова не вышел. Врал Тофик или говорил правду - неизвестно. По мне, лучше бы врал. Приятно, конечно, сознавать, что он парень честный, неподкупный, но для темной личности, каковую я представлял собой в настоящий момент, это было слишком слабым утешением. Моя задача заключалась в активном поиске людей совсем другого типа, и ценность каждого нового знакомого, как это ни парадоксально, определялась по принципу "чем хуже, тем лучше" - может, именно в этом и состояла основная сложность, с которой мне уже приходилось сталкиваться и с которой еще не раз предстояло столкнуться в будущем.

Ну хорошо, рассуждал я, шагая по усаженному вековыми платанами бульвару, допустим, Герась Кузнецова не знал. Возможно это? Вполне. Но почему он смутился, когда я сказал, что хочу остановиться на Приморской? И откуда у него сведения о "деятеле", выигравшем "два куска"? Не исключено, что Тофик тут действительно ни при чем: город невелик, слухи среди местных жителей распространяются мгновенно, и о крупном лотерейном выигрыше в свое время знали многие, в том числе и те, кто Сергея и в глаза не видел. Герась тоже слышал - в конечном счете не так уж и важно от кого, от Шахмамедова или от кого другого. Что же из этого вытекает? К сожалению, ничего - пустота, дорожка, ведущая никуда.

Предположим обратное. Тофик напутал или - что также не исключено сознательно соврал, и Герась прекрасно знал Кузнецова. Что меняется? Практически ничего - та же дорожка никуда. Мелкий спекулянт Герась вряд ли имел прямое отношение к случившемуся, да и не стал бы он по мелочи промышлять на толчке, подвергать себя опасности, заполучив похищенные в гостинице деньги, - не тот он человек...

В общем, как справедливо заметил один шекспировский герой: "Из ничего и выйдет ничего".

Да, попал я в переплет! Положение, прямо скажем, неважнецкое. Герась исключается. Шахмамедов исключается тоже. Но ведь не дух же святой организовал и осуществил комбинацию с бесследным исчезновением кассира! Кто-то это сделал!

С какой стороны ни подступись, выходило, что продолжаю плутать в трех соснах. А тут еще утренний посетитель, будь он неладен. Зачем он приходил? Что ему понадобилось на Приморской?

Мысли, одна другой мрачнее, проносились в моем взбудораженном воображении. А вдруг смерть Кузнецова связана с деятельностью крупной, крепко сколоченной банды? Что, если ободренная успехом шайка уже готовит следующую дерзкую акцию? Что у них на уме? Нападение на инкассаторскую машину? Налет на сберегательную кассу? Ограбление банка?.. Любое, самое фантастическое предположение не казалось мне чересчур неправдоподобным.