Читаем Игра XXIII полностью

Та, щурясь на солнце, умело поддерживала защитные чары, подпитывая их своей маной. Её руки двигались плавно, а пальцы с безупречной чёткостью вычерчивали в воздухе сложные фигуры. Присцилла чем-то напоминала мне Амабель. В такие моменты меня охватывала сильная тоска по прошлому, смешанная с горечью утраты. Если вспомнить, то раньше я ненавидел Кэсси за то, что именно она выжила в тот роковой день…

К слову, о моей подопечной. Та в сотый раз перепроверяла количество маны на своём браслете. Я увидел голографические показатели: 128к, 215с, 513з, 781ж. Как и ожидалось, Кэсси сделала упор на зелёную и жёлтую магию.

Если вдуматься, то её врождённый дефект – огромная редкость. Девушка может пользоваться магией, но не производить её. Делает ли это Кэсси полу-магом? Или кем?

Андромеда жалась к Кэнделу. Её прелестное лицо было пронизано тревогой. Странно, обычно Энди держалась подальше от своего любовника, тщательно скрывая эмоции. Кэндел хмуро взирал на исполинский замок, черневший на фоне северного неба. Видимо, адвоката тоже не радовала перспектива провести там целый месяц.

– Интересно, на каком мы континенте? – прошептал он, обращаясь к Андромеде. Та лишь пожала плечами в ответ.

Саран стояла поодаль от остальных, скрестив руки на груди. Её невыразительное лицо было задумчиво. Из-за своего серого худи девушка напоминала большую летучую мышь. На её груди поблёскивал золотой кулон в форме восходящего солнца. Какую магическую силу содержит этот амулет?

Спустя полчаса судьи вернулись и назвали следующую тройку:

– Мисс Присцилла! Мисс Андромеда! Мистер Кэндел!

Присцилла охнула, а Ларс сильно побледнел, ведь собирались забрать последнего синего мага, поддерживавшего барьерное заклятье.

– Господа судьи, – Присцилла попыталась возразить, – я не могу покинуть Ларса, иначе он погрузится под лёд… Кэндел и Андромеда помогают мне…

– Мистер Ларс – сильный маг, раз попал в Игру, – центральный судья перебил её суровым, не терпящим возражений голосом. – Он справится. Дальнейшие задержки недопустимы.

Даже не взглянув на Ларса, провожатые направились в сторону замка.

Кэндел не сдвинулся с места и умоляюще взглянул на Присциллу. Андромеда принялась что-то искать в своей сумочке, тихо ругаясь себе под нос. В её пальцах мелькнуло что-то фиолетовое, но тут же скрылось. Я не смог разглядеть как следует – длинные рыжие волосы Энди служили отличной ширмой для её манипуляций.

Присцилла беспомощно цокнула языком:

– Я попробую удерживать заклинание на расстоянии в течение получаса. Должно хватить…

С этими словами девушка тихо вздохнула и зашагала вслед за судьями.

Кэндел лишь скрипнул зубами. Андромеда виновато развела руками. Очевидно, она так и не смогла обнаружить в своей сумочке то, что хотела. Обнявшись, парочка побрела к замку.

Сейчас, когда мы остались вчетвером, я впервые почувствовал себя неуютно. Как мы можем помочь Ларсу? Два жёлтых мага, один зелёный и… Мне вспомнилось, что я так и не спросил Саран, какая у неё мана. В её досье не было этой информации.

Оглядевшись в поисках серого худи, я обнаружил его обладательницу рядом с Кассандрой. Девушки стояли рядом, о чём-то шепчась. Подруга моего детства оживлённо жестикулировала, указывая на меня.

Я нахмурился.

– Дит, иди сюда, – окликнула меня Кассандра. – Быстрее! Ларс, и ты!

Мы с иллюзионистом в недоумении переглянулись, однако послушались. Было что-то странное, даже пугающее, в голосе Кэсси. Её лицо сильно побледнело, однако карие глаза светились какой-то сумасшедшей решимостью.

Представьте себе моё потрясение, когда Кассандра сняла с себя шарф и, разорвав его надвое, завязала нам с Ларсом глаза. Парень вскрикнул от неожиданности.

– Не подглядывать! – приказала Саран, спотыкаясь на букве «р». – Ларс… сейчас будет больно.

– Да что происходит?..

Я потянулся к импровизированной повязке, когда услышал тихий всхлип Кассандры. Моя рука, поднесённая к лицу, замерла.

Рядом звучно застонал Ларс. Так, словно его резали по живому.

– Одну секунду… – пробормотала Саран. – Всё, готово. Твой оберег внутри него. Врач, ты можешь зашить их раны?

С меня сдёрнули повязку, и я едва сдержал вопль ужаса.

На руке Кэсси – в том месте, куда младенцам вводили имплант – зияла длинная продольная рана. Из рассечённых вен и артерий хлестала алая кровь. Идентичный разрез красовался на руке Ларса.

– Быстрей! – поторопила меня Саран. – Зашей, пока они живы!

Дрожащей рукой я начал водить браслетами над ранами, одновременно пытаясь выполнить кроветворное заклятье. Количество зелёной маны, хранившееся на моём браслете, стремительно убывало. Хорошо, что мы находимся рядом с разломами. Здесь я смогу восстановиться в течение пары дней…

– Вы с ума сошли?! Затевать такую операцию! – мой голос дал петуха. – И как? Как вы смогли перенести оберег? Только не говорите, что пальцами…

– Это сейчас не важно, – сурово ответствовала Саран, рукой придерживая полуобморочную Кассандру. Ларс тоже с трудом держался на ногах.

Северянка оглянулась на замок:

– Быстрее. Судьи возвращаются!