Читаем Игра в ОГОГО полностью

Марго обернулась с интересом, а вот молодой человек — с изменившимся лицом:

— Честное слово, — быстрым полушепотом сказал он, — я не вмешивался, даже никаких показаний не брал… Но я бы мог, если позволите…

— Ну уж нет, — сухо оборвал его широкоплечий мужчина с полицейским взором, и Яник сразу сник. Однако он тут же заметно воспрянул духом и, нехорошо улыбаясь, представил новоприбывшему готовую свидетельницу.

— Я не могу, мне в редакцию надо, — профессионально возразила Марго, но Кайзер вежливо ухватил ее за локоть и заявил, что свидетельница не имеет права уходить и отказываться помогать следствию.

— А вы не имеете права хватать за локти представителей прессы, — сказала Марго. Но ей помогли сойти в зал и усадили в первый ряд, а человек с полицейским взглядом тоже сел рядом. Ян Кайзер же увидел кого-то у входа, кивнул и быстро ушел туда. Марго перестала размахивать удостоверением и созналась, что видела все. Ее слова были записаны в школьную тетрадь обладателя полицейского взора. Он предупредил ее, чтобы Марго и словом не обмолвилась о случившемся в своей газете.

— Какие тут секреты? — вяло запротестовала Марго. — На глазах у трехсот человек женщину убили яблоком.

— Между прочим, — заметил полицейский, сворачивая тетрадь и пряча ее в карман. — Полицейское управление платит треть арендной платы за помещение вашей редакции, финансирует гонорарный фонд, и я не удивлюсь, если мы увольняем и назначаем всех, от редакторов и до уборщиц. Имей в виду.

— Я, может, вообще никакой статьи писать не собиралась, — обиделась Марго. — Нужны мне очень ваши убитые виолончелистки. Она перед смертью сфальшивила так, что ее стоило за это убить.

— Да? — полицейский снова достал тетрадку и записал последние слова Марго. — это очень интересная деталь. Молодец, что вспомнила. Свободна!

В сумраке коридора Марго заметила следователя-стажера экологического отдела полиции Перекатиполиса Яна Кайзера и важного господина с мобильным телефоном в руке.

Щуплый Кайзер наползал ему на широкую грудь, бормотал, а тот отворачивался, даже отмахивался от Кайзера, заслонялся от него мощным локтем и пытался расслышать голос в трубке. Марго почувствовала запах некрасивой тайны и приникла к колонне, чтобы незаметно понаблюдать.

— Уймись!

Кайзер, видимо, в очередной раз был отвергнут и едва не улетел к противоположной стене. Он почти плакал.

— Ну поймите, — сказал он прерывающимся голосом, — я больше не смогу…

— Перезвоню, — коротко бросил мужчина, сложил мобильник и посмотрел на Яна Кайзера. — Я сказал — нет?! Сказал?!

— Но, Олег Артурыч, — голос у Кайзера стал как у истеричной женщины. — Не могу, умру я с этой экологией… А тут — такой случай! Я же свидетель, Олег Артурыч!

— Вот и проходишь по делу как свидетель.

— Я хочу расследовать…

— Яник, это тебе не экология. Эту дамочку не природа убила, хоть и яблоко, а человек, потому что яблоко кинули, а не оно само. А ты — не в отделе убийств. Твое дело экологические преступления. Точка.

— Олег Арт… дядь Олег, — всхлипывал Кайзер, поднеся руку к носу. — Я так давно… мечтал… Настоящее… Экология эта проклятая… Кодекс рыболова… Условия конфискации электропил…

— Ну вот, — проговорил солидный почти отеческим тоном, — а ты говоришь, убийство хочу расследовать… А сам — в сопли, в эмоции. Я тебя как мужчину прошу, возьми себя в руки, без дела не останешься.

Кайзер разразился целой серией нечленораздельных звуков, закончив их совсем уж откровенным рыданием.

— Яник, раз ты так рвешься в дело, есть тут одно… Да не реви ты, стыдно. Хорошо что никто не видит…

— Дядь Олег, я все… все, — выдавил из себя Кайзер, решительно стер слезы и засунул руки в карманы. Плечи его все же подрагивали, Марго это видела.

— Вот сегодня яблоком убили женщину, — говорил Олег Артурыч, — а завтра об этом уже все забудут. И слава достанется тебе, детективу-экологу, необстрелянному новичку, причем, заметь, по профилю.

— А как?

— Двадцать минут назад в нашем городском зоопарке исчезли все звери до единого.

— Украли? — без интереса спросил Кайзер, неспокойно переступив с ноги на ногу.

— Сам разбирайся. В двадцать ноль-ноль сторож сделал обход и проверил наличие животных и запертость клеток. Через четверть часа, возвращаясь обратно тем же маршрутом, сторож обратил внимание на отсутствие животных и распахнутость всех клеток настежь. В зоопарке теперь нет ни одного жалкого цыпленка.

— Глупость какая, — расстроенным голосом отреагировал Кайзер. Он явно ожидал большего.

— Да что с тобой, Яник, — воскликнул Олег Артурыч, — зоопарк — это же стратегический объект Перекатиполиса! Сенсация! Экологическое преступление государственного масштаба. Кто похитил бедных зверушек? Долго ли они мучились перед смертью? Зажарили или похитили? Продали или набили чучела? Сколько пил сторож перед обходом?

— Да, господин майор, — вздохнул Кайзер, — и сколько он выпил перед тем, как звонить в полицию.