Читаем Игра в апельсин полностью

И вдруг кумпол головы учителя, округлый и лысый, как курган, стал раскалываться на куски, словно его, как пирог, разрезали и принялись распределять между гостями за полдником. Десять осколков раздались в стороны, вскрыв черепную коробку. А потом оттуда, где, должно быть, находился мозг профессора, стали быстро-быстро вылетать разные штуковины: кавалькады книг, древние амфоры, пифосы, отдельные куски Галикарнасского мавзолея и знаменитой парижской башни, стройные ленты арабских и римских цифр, сплетённые в кадуцей, бюсты древних императоров, философов, учёных… ромбовидные соты химических элементов перемежались с чёрно-белыми кусками нот, собранных в партитуры, несущихся на гребне волны прекрасной трёхмачтовой каравеллы. Из вскрытой головы на поверхность выбились мириады лучей разных цветов, оросив аудиторию и всех её уродцев радужным светом. Сквозь улитку скрипичного ключа показывались макушки шахматных фигур: гривастого коня, ладьи-донжона и нескольких пешек. В дуэте с волшебной ланью, светящейся золотом, выступили марширующие оружия разных времён и народов, холодные и огнестрельные, от ржавой японской кусаригамы до Итаки тридцать семь. Вскоре выкатилась пролётка, запряжённая огненными конями, а за ней вырулил новенький Додж Коронет (корпус его был расписан руническими знаками), в котором сидели госпитальер в латунных доспехах и с накидкой с изображённым на ней крестом на плече и какой-то учёный-аристократ в костюме с нахлобученным на голову котелком и с лорнетом в руках. Потом на поверхность вышел громадный циферблат часов, по окружности которого вращались планеты Солнечной системы в россыпи звёзд. И много, много, много, много, много, много чего ещё… винегрет из шумерской клинописи, китайских иероглифов, арабской вязи, латиницы и современного английского… ионические колонны с обступавшими их рядами иудеев и войск французского сопротивления, возглавляемые древнеегипетским сфинксом с начертанными на ним логотипами современных компаний-гигантов. И бесчисленное множество стягов, вымпелов, хоругвей с разрывающими рассудок надписями. Физические формулы, уравнения… В какой-то момент из полукруглой чаши черепа выпорхнул священный ибис на пару с журавлём с прекрасным веером на макушке; следом за ними голову учителя покинул красно-оранжевый китайский дракон с исполинским туловищем, искривлённым в тройном зигзаге. Так продолжалось ещё очень, очень долго. Учитель прощался со всеми знаниями, которые успел накопить за многие годы своей жизни. Даже все известные ему когда-то мировые континенты с водами, океанами, вулканами оставили его (в тот момент комната как будто растянулась вверх и вширь). А искажённые дети продолжали стенать.

Марш знаков и образов из головы преподавателя завершился выходом на поклон трёх фигур поистине чудовищных размеров, готовых своей могучестью не только разломить здание школы, но разъять весь мир вообще. То были Христос, Мухаммад и смеющийся Будда. Под ними метались разные мифические боги и прочие создания, которых успел изучить профессор.

Но во всеобщем помешательстве никто не успел заметить, как апельсин — невинная забава сегодняшнего урока — превратился в груду мелких черепков.

Новорождённый старик Джекиль проорал последнее, самое громкое проклятие, а потом всё провалилось в глухую чёрную пропасть.