Читаем Игра на минном поле полностью

— Посмотрим. Если что, разложишь аппаратуру на коленях.

— Это неудобно.

— Удобно будет на базе у Колитвино в Подмосковье.

— Я все понял.

— Молодец.

Седов предупредил о выезде и старшего лейтенанта Аппеля.

В 11.15 во двор усадьбы Ниврая въехал довольно старый, но внешне еще крепкий закрытый пикап «Хонда».

Седов вышел к Нивраю. Тот указал на машину:

— Мне повезло. Такой пикап был один, продавал мутный тип, но с документами и номерами. Я посмотрел, вроде все нормально. Главное, в пикап, кроме водителя, можно посадить семь человек, и еще останется место для оружия, снаряжения.

— А если нас остановит полиция или патруль американцев?

— Вот! Я думал об этом, оружие и снаряжение можно спрятать в тайнике кузова.

— Что за тайник?

— Продавец объяснил, что на этом пикапе из Кандагара на север перевозили целые мешки с опием. И ни патрули, ни полиция не находили наркоту. Хитрый тайник. Правда, если пустить обученную собаку, то она легко его найдет.

— По-моему, здесь это не практикуется.

— Верно. А почему? Потому что полиция берет мзду с наркоторговцев, а американцы не имеют ничего против того, чтобы афганцы травили себя наркотиками. Они даже с вертолетов сбрасывают контейнеры с синтетической гадостью и упаковками шприцев.

— Серьезно?

— Да. Вам бы взгянуть на бывший Дом советско-афганской дружбы. Он сейчас представляет собой огромный приток наркоманов. Полиция появляется там раз в неделю, чтобы вывезти трупы умерших.

— Но это же преступление!

— Смотря для кого. Для янки один из способов подчинения мирного населения. Ведь наркоманами легко управлять, они не создают отрядов сопротивления, потому как у наркозависимых людей одно на уме, где взять очередную дозу, чтобы избежать страшной ломки. И эту дозу им подбрасывают американцы. Они вообще не считают афганцев за людей и почти открыто называют их дикарями.

— Это я слышал. Миротворцы, мать их!

— Такие дела, Седой, когда в Афганистане были советские войска, душманы пытались распространять в советских гарнизонах марихуану, героин, русские же пресекали эти попытки, более того, уничтожали наркозаводы, выжигали целые плантации мака и конопли, боролись с наркоманией.

— Ну, заводы мы и по сей день уничтожаем. Караваны перехватываем, наркобаронов валим.

— Вот и я говорю, русские не американцы, потому и стал служить на российскую разведку. Если кто и способен поддерживать в Афганистане нормальный цивилизованный порядок, отражая агрессию извне, так это Россия. Только она. И талибы, если бы российские войска вновь вошли бы в Афганистан, встречали бы их не пулями.

— В России своих проблем хватает. Но держать Афганистан необходимо по-любому. Хочешь не хочешь есть ресурсы, нет ресурсов, а придется, или талибы быстро установят свои порядки в бывших среднеазиатских советских республиках. И вот потом выбить их оттуда будет непросто. Но ладно. Давай грузи в тайник автоматы на всех, к ним четыре «винтореза», один ПК, две «СВД», два «РПГ-7» с четырьмя выстрелами на каждый, четыре «Мухи», два комплекта запасных магазинов, ручные гранаты, как наступательные, так и оборонительные, дымовые заряды, мины направленного действия, тротиловые шашки, веревки, тросы, скобы, карабины, пояса. В общем, все, что необходимо и для спуска в ущелье, и для штурма базы Джемала и Хатима. На всех — это значит на двадцать одного человека. Тебе помощник нужен?

Ниврай отрицательно покачал головой:

— Не надо, обойдемся.

— Давай. В 11.50 построение.

— Хоп, командир.

Ровно в 12.00 после смотра просторный пикап, ведомый Юсуфом Луджини, машина Ниврая и «УАЗ» со спецназовцами выехали с территории дома агента СВР. Наима закрыла ворота и отправилась в дом, где принялась неистово молиться.

Колонна с Седовым, Лероем, Аппелем, Нивраем и Луджини благополучно прошла Кабул, но у Чарикара была остановлена афганскими полицейскими. Нивраю не пришлось долго беседовать с представителями власти. Три банкноты по пятьдесят долларов сделали свое дело, и машины без досмотра двинулись дальше.

Дорога до Ак-Табаза заняла час двадцать минут. В 13.20 колонна остановилась у лесополосы, напротив позиции наблюдения Озбека. Турецкий капитан сам вышел встретить командира.

Седов поздоровался с ним:

— Ну что тут у тебя?

— Тишина. С уходом боевиков селение оживилось. На улицах появились дети, копаются в пыли. Чабаны увели крупные отары. Хотел осмотреть дом Джафара, но не решился, не исключено, что духи оставили в нем «сюрпризы».

— Нечего там делать.

К офицерам подошли Аппель, Лерой, Ниврай и Луджини. Озбек поприветствовал их.

— Площадку для вертолета нашли? — поинтересовался Седов.

— Так точно, но в двух километрах отсюда. Там сейчас Влас и Кот.

— А здесь с тобой Грач, Шахри и Редзай?

— Так точно.

— Снимай пост наблюдения, Грача сюда, машины к нашей колонне, пойдем к месту приема «вертушки».

— А как же Ак-Табаз? Вдруг духи вернутся?

— Кишлак проконтролирует Хакер.

— Понял! Выполняю.

Седов повернулся к капитану Лерою:

— Хакер, а ну-ка взгляни на район Тарбая.

— Мне понадобится полчаса.

— Двадцать минут, пока Бек собирается!

— Я бы мог и с места приема вертолета осмотреть кишлак.

— Работай, не теряй времени!