Читаем Игра на минном поле полностью

— А если этот Хатим выбрал подобную тактику как раз для того, чтобы получить у России поддержку, готовый в любой момент порвать с талибами? — спросил Трепанов.

— Вызывает огонь на себя, не обеспечив нужного прикрытия? Ни один из полевых командиров не решится на это.

— А Хатим — исключение. Он показывает, что не боится талибов, потому и предлагает себя в качестве лидера нового северного альянса. Ведь Ахмад Шах Масуд поступил точно так же. Он открыто выступил против власти талибов. И удерживал занятые территории. И вообще, Ахмад Шах Масуд для очень многих афганцев является не только национальным героем, который сдерживал натиск и советских войск, и талибов, но и примером для подражания. Может быть, именно пример Масуда влияет на Мирзу Хатима?

Александров посмотрел на Трепанова:

— Вот примерно так же, полковник, рассуждает директор, а так же некоторые сотрудники Администрации.

— Ну, а главное-то в чем, Алексей Владимирович? — спросил Белоногов. — Ведь ты бы не приехал к нам, если б по Хатиму не было принято хотя бы предварительного решения.

— Ты прав, Дмитрий Сергеевич. Наверху принято решение провести с Хатимом более конструктивные переговоры, для чего направить в Афганистан одного из советников президента, а именно Аркадия Юрьевича Соловьева и заместителя начальника Генерального штаба вооруженных сил Российской Федерации генерал-лейтенанта Георгия Николаевича Домбовского, во время войны в Афгане командира отдельной мотострелковой бригады, действовавшей в провинции Баглан, и хорошо знающего, как воевать с душманами, а теперь и талибами.

— Но мы-то здесь при чем? — вновь подал голос Седов. — Или антитеррористический отряд решили использовать в качестве личной охраны чиновников?

— Нет! Охрана у представителей руководства страны своя. Немногочисленная, но профессионально подготовленная. Тем более что визит состоится только после того, как Мирза Хатим даст гарантии полной безопасности Соловьева и Домбовского. И если встреча состоится в Кабуле, который пока еще контролируется натовцами, правительственными войсками и царандоем.

— Тогда тем более непонятно, зачем вам мы?

Александров посмотрел на Белоногова:

— Ты меня извини, Дмитрий Сергеевич, но я настоял, чтобы одновременно с делегацией президента в Афган отправилась и разведывательная группа отряда «Z».

— Неплохо! — воскликнул Седов.

— Да, не ожидал от тебя такого, — недовольно проговорил Белоногов, — не нашлось времени посоветоваться? Или хотя бы известить о намерении привлечь отряд в помощь Службе внешней разведки. Не по-людски получилось, Алексей, не находишь?

Александров приложил руку к левой стороне груди:

— Каюсь, нехорошо. Но, Дмитрий Сергеевич, я просто не имел возможности не только обсудить с тобой этот вопрос, но даже предупредить о своих намерениях. Решение отправить в Кабул специальных посланников было принято в Администрации вчера вечером, когда отряд, проведя блестящую операцию по заложникам в электропоезде, отдыхал, а у меня на принятие собственного решения и продвижение его оставалось не более часа. Ты же знаешь, как происходит совещание в Администрации: опоздал, значит в прямом смысле слова не успел. А не успел, значит, в ближайшие сутки не надейся, что тебя примет тот, кто уполномочен принимать собственные решения. Поэтому пришлось работать экстренно. Видел бы ты лицо директора. Он был удивлен и недоволен похлеще тебя.

Белоногов махнул рукой:

— Ладно! Чего уж теперь. Как понимаю, в Администрации дали добро на привлечение группы отряда?

— Да.

— Но еще остается Совет?! О нем вы с чиновниками Администрации не подумали?

— Подумали, Дмитрий Сергеевич, и сейчас, пока мы беседуем здесь, в Москве ведется работа с представителями стран — участниц «Совета».

— Без меня?

— Так Россия свою позицию определила.

Седов усмехнулся:

— Короче, без меня меня женили. Но это не ново, Дмитрий Сергеевич. Да и ничего особенного не произошло. Надо слетать в Афган, слетаем, какие проблемы? Он для отряда уже чуть ли не второй родиной стал. Вопрос, какие задачи придется решать разведывательной группе и, исходя из задач, определяться с ее составом.

Александров сказал:

— Делегация переговорщиков убывает в Кабул послезавтра, в пятницу, 13 июля.

— Плохое число, — проговорил Седов, — да пятница не лучший день. У афганцев, как у всех мусульман, пятничная молитва.

— Я сказал, Валера, что 13-го числа делегация вылетит в Кабул. Встреча же с Хатимом планируется на понедельник. К ней еще подготовиться надо. И не только Хатиму, но в большей степени нам.

— Ясно. Когда мы летим?

— Задача разведывательной группе будет определена в субботу, вылет же в воскресенье. Но это уже в Кремле будет обсуждаться с генерал-полковником Белоноговым.

— А если члены «Совета Шести» не дадут согласия на привлечение своих бойцов? — спросил Трепанов.

Ему ответил Белоногов:

— Тогда, Александр Владимирович, сформируем группу из российских офицеров и прапорщиков.