Читаем Игра ферзей полностью

Помимо всего прочего, отряды психологических операций активно занимались оказанием гуманитарной помощи от имени королевства Лейрин, тем самым работая на наш положительный образ в глазах рядовых обывателей. Это было очень эффективно, особенно на общем фоне анархии и царившего вокруг беззакония. Отдельные военизированные отряды боевиков первое время пытались захватывать наши гуманитарные центры на Ронде и Белой Пуще, а также в Азгаре, но всякий раз получали таких пилюлей, так что больше желающих попробовать не наблюдалось. Слишком это было опасно для жизни.

Имидж и репутация — вот на чём были сосредоточенны наши главные усилия, и результат не заставил себя долго ждать. К гуманитарным центрам широким потоком потянулись мирные жители, спасаясь из зоны боёв между различными группировками. Хаос вынудил людей искать защиты, и мы им эту защиту предоставили. Вокруг наших гуманитарных центров образовались целые временные города из беженцев, получавших продовольствие и безопасность, а также квалифицированную медицинскую помощь. Общее количество беженцев на всех трёх планетах давно перевалило за сто миллионов человек. Чтобы они не бездельничали, одних заняли на работах по укреплению охранных периметров и подготовке баз для приёма наших бригад, а другие на фермах занимались выращиванием продуктов питания, чтобы избежать в дальнейшем голода и перейти на самообеспечение.

Наши гуманитарные центры были раскиданы не просто так, а держали под своим контролем все значимые со стратегической точки зрения участки и уже сейчас представляли собой самые настоящие неприступные крепости. Это были уже даже и не крепости вовсе, а зоны безопасности, куда вход вооружённым группировкам был заказан, и они были вынуждены обходить их стороной. Группы психологических операций работали и с беженцами, постепенно формируя отряды самообороны, и те, кто проходил курсы, получали в руки оружие и становились в строй, пока под флагом ферсианского сопротивления. Под флаг королевства Лейрин эти отряды ставить было преждевременно с политической точки зрения, но этот час был близок как никогда.

Мы ускоренными темпами готовились и рвали жилы, тренируя бойцов добровольческих бригад усиленного состава для взятия интересующих нас территорий и последующей за этим зачистки от всяких отморозков, творивших кровавый беспредел. Бойцы рвались в бой, всем хотелось отличиться и взять богатые трофеи, и винить их в этом было просто глупо, на поле боя они в своём праве, и сдерживать этот порыв было глупо втройне. Они жаждали добычи, и они её непременно получат. За счёт тех, кто грабил и убивал мирное население, хотя это и было сопряжено с немалым риском для жизни, но каждый в этой жизни выбирает свой путь, они выбрали такой, и не надо их в этом винить. Ратный труд тяжёл, особенно в условиях войны и вооружённых конфликтов, а потому и вознаграждаться он должен соответствующе.

— Биталина, как насчёт лидеров Ронды и Белой Пущи? — прервав свои размышления, задал я вопрос по существу, для предстоящей операции мы остро нуждались в местных вождях, на которых следовало делать ставку для реализации проекта «Конфедерация».

— Разумеется, Нестор, но пока кого-то конкретно выдвигать преждевременно, посмотрим на месте, как кандидаты будут действовать, и по результату сделаем окончательный выбор, и тогда бросим все свои силы и ресурсы для раскручивания выбранной персоны. Все они из числа командиров отрядов самообороны лагерей беженцев, с ними работают наши лучшие спецы, — задумчиво всматриваясь в бесконечную вереницу транспортных платформ, двигающихся на грузовой космодром, отозвалась Биталина.

— Согласен, так будет разумнее всего, — признал я правоту своего заместителя, кивая и, так же, как она, наблюдая за передвижением транспортных платформ, под завязку загруженных боевой техникой и снаряжением. Их было много, очень много, и все они сутками напролёт без всяких остановок везли военных груз на тяжёлые боты, которые переправляли их на орбитальную станцию, где перегружали в трюмы гигантских транспортных карго.

Помолчав некоторое время, я, тяжело вздохнув, дал распоряжение своему пилоту:

— Здесь делать больше нечего, возвращаемся в королевский дворец.

Тяжело бронированный глайдер плавно поднялся в воздух и, взяв направление, стремительно полетел вперёд. Спустя полтора часа покинув его борт, я вместе с Биталиной направился во дворец через центральный вход, где нас встретил почётный караул, и уже в сопровождении гвардейцев пошёл в недавно отреставрированный зал заседаний и на полпути неожиданно встретил штаб-майора.

— Лёня, ты чего это здесь как неприкаянный бродишь, ты же всё ещё в отпуске находишься, или тебя отозвали? — удивлённо взирая на Рашпиля, задал я ему вопрос, совершенно не понимая, с чего это вдруг он прервал свой длительный и вполне заслуженный отпуск.