Читаем Игра ферзей полностью

— Обязаны потянуть, так как от этого зависит наше с тобой физическое выживание. Сам понимаешь, бежать нам некуда, везде хаос. В Священном союзе нас ждёт виселица, а Империя Орла от нас технично избавилась, мы им больше не нужны ни в каком качестве. Спокойных мест нигде больше не осталось, чтобы можно было с нашими капиталами где-нибудь осесть и жить в своё удовольствие. Везде найдут и оберут до последней нитки, а то и вообще ликвидируют как неугодных свидетелей. Единственный выход — всеми силами карабкаться дальше на самый верх и стать по-настоящему грозной силой, с которой будут вынуждены все считаться. Примерно где-то так в общих чертах я и вижу дальнейшую нашу жизнь, — ответил я ему, хотя сказал далеко не всё, империя от меня и моих самых лихих бойцов избавилась, пустив в свободное плавание, ну почти свободное, а теперь и я вынужден подумать о будущем и потенциальную для себя угрозу со стороны соратников направить в безопасное для себя русло.

Хотите воевать и поживиться трофеями? Да пожалуйста, вот вам такая возможность, используйте её на полную катушку и ни в чём себе не отказывайте, а заодно и построите нечто стоящее, например, Лейрианскую конфедерацию или что-то в этом духе. Цинично, скажете вы. Да, цинично, не спорю, но когда управляешь огромным числом свободных воль, приходится становиться холодным и расчётливым циником, главное при этом не перейти определённую черту, чтобы не потерять самого себя и не стать бездушным монстром, а черта эта очень зыбкая и временами трудноуловимая, я бы даже сказал, она вообще призрачна.

— Ты знаешь, Тур, я, пожалуй, с тобой соглашусь, иного сколько-нибудь подходящего варианта у нас и вправду нет, надо карабкаться на самый верх, хотя, конечно, это очень сложно. Тут дело уже касается большой политики, а у нас на этом скользком поприще опыта практически никакого нет, мы ведь специализируемся на совершенно другом. Мы мастера кулаками помахать да хорошо пострелять, а в данном случае этого явно недостаточно, — без всяких эмоций отозвался Ржавый спустя какое-то время, взвесив все за и против и придя к выводу о целесообразности такого плана.

— Да, это так, — согласился я с ним, — дипломатия далеко не наш конёк, наш главный и, пожалуй, единственный козырь — это армия. Она пусть и небольшая, но сплочённая, опытная и грозная, которой практически любая задача по плечу. Этим козырем надо распорядиться с умом, чтобы его бездарно не профукать, а для этого надо всё самым тщательным образом просчитать и продумать каждый наш шаг. Сам понимаешь, пока мы вместе, мы что-то собой представляем, а разбежавшись по разным углам и закоулкам, мгновенно станем никем.

— Соберём совет командиров и непременно разработаем генеральный план, а сейчас надо с герцогами и их вассалами покончить раз и навсегда, чтобы у нас больше под ногами не путались. Ещё пять минут обстрела, и я пошлю в атаку штурмовых роботов под прикрытием самоходной арты. Это будет разведка боем, если получится прорвать линию обороны, пойдём дальше, а если нет, то выявим до этого момента молчавшие огневые точки и продолжим интенсивный обстрел, — сосредоточенно смотря трансляцию сразу с пяти десятков камер, проронил Ржавый, продолжая при этом отдавать приказы по корректировке огня артиллерии и работе штурмовой авиации.

В работу своего заместителя я не вмешивался, он сам прекрасно справлялся со своей задачей, а в этом деле командовать должен только один человек, и мешать ему было бы огромной ошибкой. Как Ржавый и обещал, через пять минут интенсивность ракетного обстрела уменьшилась до минимума и в атаку пошли штурмовые роботы, и заработала наша самоходная артиллерия. Противник занервничал и открыл суматошный огонь, но долго ему стрелять безнаказанно не дала наша штурмовая авиация, практически молниеносно уничтожив артиллерийские спарки крупного калибра. Где-то до трети всех наших штурмовых роботов вышли из строя или были уничтожены прямыми попаданиями, но оставшиеся две трети, преодолев поле отчуждения, подъехали к стенам и стали пробивать проходы для пехоты, в том числе подрывая минные закладки.

Первая линия обороны была уничтожена полностью, вторая пока молчала, хотя и ей досталось неслабо, но в любом случае пехоту посылать было рано, не все ещё замаскированные огневые позиции были выявлены, а мы не имели такой дурной привычки своих бойцов посылать на убой. Мы всегда стремились избежать потерь среди личного состава, хотя, конечно, не всегда это удавалось, но в любом случае потери наши должны быть минимальны. Пусть уж мы технику потеряем, чем проверенных и надёжных бойцов, каждый из которых мог бы стать красой и гордостью любой армии этого мира. Такие уж у нас собрались псы войны, все поголовно прирождённые воины, которых, как известно, в каждом поколении рождается не более двух процентов от общего числа.