Читаем Игра. полностью

После уроков и подзарядки в моём месте силы Kithanal Ella, я поняла, что погода располагает к длительной прогулке. Дошла до ланкийской подруги Девики, чей фургон-кафе стоит вдоль дороги до Nine Arch Bridge. Мы с ней знакомы уже около двух недель. В момент, когда у меня началась первая волна отрицания всего туристического, я решила попробовать местный фаст-фуд, присев за пластиковый стол её кафе, если вообще ЭТО можно назвать таковым. Языком жестов дала понять, что хочу ротти и молочный чай. Мне понравилось, как она готовит и радостно меня встречает, завидев ещё в начале дороги. Гордится, что туристка выбрала именно её. Встречает меня белоснежной улыбкой для её тёмного и как будто даже грязного лица, по умолчанию приносит кокосовый ротти и греет чай. Узнав про мой завтрашний день рождения, обнажила зубы по второму кругу: «О, заходить, мне. Я жду!». Гордо так ткнула пальцем на себя.

Вообще состояние сегодня… Какое бы слово подобрать? Когда гуляла с новой музыкой в наушниках, когда болтала и ела манго в хостеле с Аджу (никак не могу запомнить верное произношение его имени), когда сейчас сижу и пишу в дневнике в общем холле, параллельно отвлекаясь на small talks и советы по местным достопримечательностям новым соседкам из Дании, когда прихлёбываю мятный чай из своей белой кружки, находясь во всём этом, ощущаю себя… другой. Азиатская версия меня – с чуть поджаренным носом, пушащимися волосами из-за высокой влажности воздуха, взглядом, который проецирует «спокойствие» из отражения в зеркале, и там же, в отражении, видны растянутые оранжевые штаны-алладины и босые ноги – здесь, в хостеле, чаще всего даже тапки забываю обуть. А ведь мне всего около трёх недель осталось тут. Каков же будет итог поездки?

3 декабря, вторник, 3:41 PM

Чудесный день моего Рождения!

Спала плохо и проснулась без будильника в шесть утра. Прямо как в детстве перед праздником, когда сон долго не приходил накануне события. Перед поездкой в путешествие бывает такое же ночное волнение – ожидания захлестывают волной возбуждения, какой там сон!

Уже привычная погода с утра – пасмурно и туманно. Стянула с полки голубую толстовку с капюшоном – даже нет смысла убирать в шкаф, пригождается каждый день, и вышла на террасу делать личную практику. В такой ранний час здесь обычно никого нет, разве что Аджу делает утреннюю уборку: подметает пол и ставит небольшие букетики цветов на столы, каждый день разные. Старается и подбирает композиции. Так мило на это смотреть, ведь роль флориста совсем не очевидна для него. Аджу родом из Индии. Плохо, но с нескрываемым старанием говорит на английском.

– Я из Джайпур. Там вся моя семья. Три сестра и два брат, – он показал сначала три, а потом два пальца, чтобы я (или он) наверняка не запуталась в цифрах. – У меня дома сейчас тепло, хорошо. Нет дождь. Тут много дождь этот год.

Выучил язык за время работы в хостеле. Он немного по-глупому улыбается, чем-то похоже на улыбку «ланкийской мамы». Чаще всего обеды и завтраки готовит он и зовёт меня жестом правой руки, соединяя пальцы в кучку и поднося их к губам, делая причмокивающее движение. Аджу научил меня, как правильно резать ананас и манго, получив от этого большое удовольствие. Ему нравится со мной общаться, и я тоже всегда радуюсь, завидев его глуповатую улыбку. Так интересно, конечно, каких разных людей можно встретить в путешествии. Для него ведь весь смысл жизни – вкусно готовить еду и уметь объясниться с иностранцем. Быть полезным. И всё, этого для него достаточно.

Я выбрала место на террасе, где сегодня как-то одиноко – гора Элла играет в прятки. Расположилась под крышей, потому что ночной дождь оставил слишком мокрые следы после себя. Сейчас тут нет посторонних взглядов, чужих разноязычных голосов, только фантастический вид, ставший уже привычным.

«Почему именно йога?», – выплывает из утреннего тумана вопрос. Вытягиваю руки над головой, сопровождая движение взглядом. Верхушки пальм и огромные джекфруты приветствуют начало растяжки. Чувствую, что тело просит сегодня. В этом и прелесть йога-практики – вспоминать и слушать себя.

«Йога выбрала тебя», – так отвечал на этот вопрос мой йога-учитель в Индии. У меня же ощущение, что йогу невозможно выучить или выбрать своим делом, как какую-либо профессию – йога и есть про жизнь, она в каждом дне, каждом движении и мысли. Я лишь выбираю открыться этому искусству. Моя йога проявляется в выборе сегодняшнего настроения, в готовности посмотреть в истоки происходящего, выбрать боль, когда это необходимо, или позволить себе больше свободы в выборе дел на день или, если глобальнее, страны для жизни.

Главное, как по мне, не возводить новые стены взамен тем – офисным, не превращать нечто волшебное под названием «йога» в очередную систему. Истязать себя изнурительными тренировками-практиками – явно не мой стиль.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство
Нежить
Нежить

На страницах новой антологии собраны лучшие рассказы о нежити! Красочные картины дефилирующих по городам и весям чудовищ, некогда бывших людьми, способны защекотать самые крепкие нервы. Для вас, дорогой читатель, напрягали фантазию такие мастера макабрических сюжетов, как Майкл Суэнвик, Джеффри Форд, Лорел Гамильтон, Нил Гейман, Джордж Мартин, Харлан Эллисон с Робертом Сильвербергом и многие другие.Древний страх перед выходцами с того света породил несколько классических вариаций зомби, а богатое воображение фантастов обогатило эту палитру множеством новых красок и оттенков. В этой антологии вам встретятся зомби-музыканты и зомби-ученые, гламурные зомби и вконец опустившиеся; послушные рабы и опасные хищники — в общем, совсем как живые. Только мертвые. И очень голодные…

Юхан Эгеркранс , МАЙКЛ СУЭНВИК , Дэвид Дж. Шоу , Даррел Швейцер , Дэвид Барр Киртли

Прочее / Фантастика / Славянское фэнтези / Ужасы / Историческое фэнтези