Читаем Иезуит полностью

Особенно умоляю моего преемника и высших избирателей, не стесняясь, приказывать все необходимое для успеха задуманных ими предприятий, и помнить, что тот, кто работает для торжества религии и во славу Божию, не может обращать внимания, сообразуются ли с обыденной моралью средства, употребляемые им.

В Рим, с моего смертного одра в дом ордена иезуитов.

Уго Моннада».

Таков был этот ужасный документ. Он один мог бы указать на те причины, по которым орден иезуитов фатально должен был распространиться по всему католическому миру. Что такое были на самом деле величайшие политики, искуснейшие полководцы и обширнейшие умы в сравнении с этим обществом людей, деятельность которых не прерывала даже и сама смерть?

Когда человек обыкновенный (профан, как говорили иезуиты) находится при смерти, то его мысли сейчас же претерпевают неизбежные и сильные изменения. Интересы власти, богатства и гордости исчезают, и человек остается слабым и нагим, со своими грехами и ничтожеством, лицом к лицу с мрачной таинственностью смерти. Для иезуита этого ужаса не существовало.

Все, даже и самые добродетельные люди, действуют ради какого-либо, более или менее благородного, интереса, в котором и заключается их слабость. Есть желающие разбогатеть, возвысить свой род, есть такие, которые довольствуются бесплодной и опьяняющей приманкой славы. Эти надежды, эти желания и страхи, которые всегда их сопровождают, как бы открывают окно в сердце человека, сквозь которое могут проникать убеждение или боязнь. Никто не может считать себя неуязвимым, потому что у каждого есть свои надежды и опасения. Только иезуит стоит выше или, по крайней мере, вне человечества. У него нет страха, смущающего обыкновенных смертных; действуя в интересах ордена, он отлично знает, что ему нечего страшиться: ни суда человеческого, ни правосудия Божия. Само собой разумеется, что мы говорим об иезуитах убежденных и верующих, о таких иезуитах, которые, как Уго Моннадо, умирали с убеждением, что исполнили свой долг и что они войдут в царство небесное, несмотря на совершенные ими преступления, так как они были совершены ими ради процветания ордена. Кроме того, как бы ни были обширны и велики замыслы одного человека, как бы долга и деятельна ни была его жизнь, приходит момент, когда смерть разрушает наилучше задуманные планы, которые и остаются невыполненными, потому что невозможно, чтобы преемники и последователи его имели бы столько же сил, сколько имел их он. Для иезуитского ордена смерть не существует. Его работа никогда не прекращается, его предприятия никогда не бывают задуманы или исполнены одним человеком; всем управляет род бессмертного сената, имеющего верные традиции, так как он сам себя обновляет посредством выборов. Как венецианская олигархия могла в продолжение двенадцати столетий сохранить неприкосновенность своего могущества и единство своего плана, так же точно и таинственный сенат ордена правит все так же, как правил три столетия назад, и можно сказать, что идеалы, воодушевляющие этот ужасный синедрион, те же самые, которые воодушевляли его во времена Лойолы, столь тщательно избирались новые лица на различные посты по мере того, как они оставались вакантными.

Джулио заговорил снова.

— Братья, — сказал он, — со смертью нашего уважаемого отца Уго Моннадо мы снова сделались абсолютными властителями. То, что мы решим, будет законом для большого совета и для всех монахов ордена. На что вы решаетесь?..

— Мне кажется, — заметил мессир Бернардо, — что решение почти уже принято с той минуты, как мы просили брата Еузебио не приходить сюда.

— Это ничего не значит. Еузебио отлично знает, что мы сохраняем неприкосновенной нашу свободу действий, и что если нам угодно будет избрать кого-либо другого, то никто не может возражать против нашего решения.

— Разве вы имеете какое-нибудь возражение против избрания брата Еузебио? — спросил Паоло.

— Против него… я ничего не имею. Но он испанец, и в качестве такового он послушен воле короля католического. С другой стороны, мне кажется, что власть короля Испанского уже достаточно велика, так что нет надобности, еще больше увеличивать ее.