Читаем Иерусалим полностью

БЕККЕТТ: Ну, признаюсь, я сам сперва так думал. Какой-то сон – это самое разумное объяснение, но раз я не придерживаюсь толкований профессора Фрейда, не могу придумать, к чему мне снится этот скверный разговор об инцесте. И я пока даже не начинал задумываться, как во все это укладываются всякие святые и писатели, о которых я не вспоминал годами. Озадачивает безмерно, и не могу сказать, что мне это приятно.

ТОМАС БЕККЕТ: [Глядя на пару на ступенях.] Сей грех ключит их в раздоре? Муж оный возлежал с дщерью?

ДЖОН КЛЭР: В деревне это бывает чаще, чем можно подумать.

БЕККЕТТ: Да и в городах не сказать, что намного лучше. Женщина, о которой я рассказывал, Лючия, – кое-кто думает, что ее поведение началось с того же, с инцеста и всего вытекающего.

ДЖОН КЛЭР: [В шоке.] Ее отец – которого, по вашим словам, зовут Джеймс Джойс, как и отца моей Мэри, – повинен в тех же преступлениях?

БЕККЕТТ: О нет, не он. Он перед ней благоговел. Для нее он писал, и о ней. Наверное, он мог о ней думать в этом ключе, но если и пытался ее коснуться, то только в прозе – щекотал в интимных местах фразой-другой, поглаживал грудь в подтексте. Нет, в физическом смысле преступник – если в этом есть хотя бы доля правды – ее брат.

ТОМАС БЕККЕТ: В мои дни сие заклеймили бы грехом… хоть лишь на словах. Верю, за закрытыми дверями это деется повсюду.

ДЖОН КЛЭР: Хотя я и согласен, что это прискорбное дело, но я знал многих, кто грешил с братом или сестрой, и ничего худого не вышло.

БЕККЕТТ: Ну, Лючия была совсем молода, когда это случилось – если вообще случилось.

ДЖОН КЛЭР: Но мы уже условились, что ваши взгляды на подходящий возраст могут разниться со взглядами былых времен.

БЕККЕТТ: Если я прав, Лючии было десять.

ТОМАС БЕККЕТ: Ежели речь не о королевской семье, то возраст сей и в мои дни почли бы незрелым.

ДЖОН КЛЭР: [Довольно робко.] Вот как? Тогда могу представить, что это усугубляет инцест.

ТОМАС БЕККЕТ: Однако из всех прочих грехов он не почитается за смертный, а при чтении Библии я нашел мнения о нем весьма туманными.

БЕККЕТТ: Я готов съесть шляпу, если о нем не отзываются самым неблагоприятным образом где-то в книге Левит.

ТОМАС БЕККЕТ: Истина сие, но что же думать о неслыханной милости, Лоту уделенной, когда он с дщерями бежал из Содома и Гоморры?

БЕККЕТТ: Мне казалось, что Богу, как мужчине, стало совестно, что он превратил жену бедолаги в соляной столб. Вполне возможно, он подумал, что должен этому вашему Лоту, и решил, что хотя бы разок для разнообразия может посмотреть на грех сквозь пальцы. ТОМАС БЕККЕТ: Толкованье диковинное, но…

ДЖОН КЛЭР: Знаете, а я всегда считал Эдем загадкой, которая вполне подкрепляет ваши доводы.

ТОМАС БЕККЕТ: О чем вы глаголете?

ДЖОН КЛЭР: Ну, Каин и Авель. Мне казалось вполне очевидным, что даже если бы Господь наградил Адама и Еву не двумя сыновьями, а сыном и дочерью, непристойной любви в семье было бы не избежать. В Эдеме она бы распустилась пышнее, чем, скажем, в каком-нибудь Гринс-Нортоне, если только я чего-то не принял в рассмотрение. Возможно, вашу подругу и несчастное дитя этой горемычный четы гложет то, что на самом деле можно назвать неотъемлемой частью нашей жизни с самого происхождения в Небесном саду.

БЕККЕТТ: Эдем. Ну, между прочим, об этом месте есть разногласия.

ТОМАС БЕККЕТ: Разногласия? Что еще за разногласия? Мне не доводилось слышать.

БЕККЕТТ: Ох, бросьте, не хочется в это влезать. Есть люди, которые говорят, что книгу Бытия написали намного позже, чем другие, а вначале поставили только из-за ошибки в порядке. Иначе даже без инцеста трудно понять, откуда взялась населенная земля Нод, куда изгнали Каина.

ТОМАС БЕККЕТ: А я допрежь мыслил самою тревожною стороною сна вести о грядущем мученичестве. Тешусь надеждою, что позабуду обо всем по пробуждении, и мою душу мерзит, что подобные богохульства звучат даже в незваных мыслях моих.

БЕККЕТТ: Я не хотел вас расстраивать. Вами я всегда восхищался, и не хотел бы, чтобы мой разговор со святым занимало только несчастье мисс Джойс в десять лет.

ДЖОН КЛЭР: [Внезапно, придавленным и нервным голосом.] Это был брачный акт!

БЕККЕТТ: [Непонимающе.] Что? Ее отношения с братом? От куда вы такое взяли?

ДЖОН КЛЭР: [На миг сбившись с мысли, потом восстановив самообладание.] Почему это я… а! Вы говорите о своей мисс Джойс. Не обращайте внимания на мои сумасшедшие излияния. Это хуже чем вздор. Порою сам не знаю, что несу. [Пауза, пока он пытается найти безопасное направление для разговора.] Должно быть, она вам очень дорога, ваша подруга, коли вы навещаете ее во время невзгод.