– Говори, что накопал!

– Кровушка… У нашего супермена добротный набор наркомана. Гепатит С, гепатит В и ВИЧ. Праздничный букет! Но и это еще не все… Я отправил инфу по факсу. В крови душегуба обнаружен чрезвычайно высокий уровень тропонина.

– Переведи!

– Показатель атеросклеротических изменений сосудов. У него инфаркт, понимаешь, а он скачет как обезьяна, людей глушит.

– Как такое может быть?! – Из черного жерла выполз листок бумаги, испещренный латинскими буквами и цифрами.

– Вон там, третья строчка сверху. Видишь? Показатель в два раза превосходит верхнюю границу нормы.

– Вижу…

Ершов сосредоточенно потер переносицу. Навязчивая привычка, неведомо откуда взявшаяся после смерти жены. Вместе с ней появилась несносная аритмия. Сердце кувыркалось в грудной клетке, как умелый гимнаст. Тропонин… Майор перелистал досье. Из десяти меченых наркозависимых граждан с аналогичным «букетом» оставалось двое. Константин Стоценко и Алексей Трутнев. Задача упрощалась всего до двух неизвестных.

– Спасибо, Миша! Ты снял камень с моей души.

– Это еще не все! – Приятель выждал эффектную паузу и выпалил: – Судя по анализу спермы, что по изнасилованию на Ольховой, наш пострел и там поспел!

– Еще раз спасибо, дорогой!

– Лишь бы в пользу. До встречи!

– Бывай! Я через часик иду домой, могу заскочить, угостишь пивом старого кореша.

– Лады!

Он набрал номер, указанный в досье Стоценко. Ответили почти сразу.

– Слушаю… – ответил тихий женский голос.

– Можно позвать Константина?

– Одну минуту…

На том конце провода возникла пауза, были слышны громкие шаги. Дальнейшее ожидание не имело смысла. Следователь понимал, что искать надо Трутнева. Ожидая, пока Стоценко подойдет к телефону, он отправил по электронной почте фото Кощея в дежурную часть, связался с офицером.

– Немедленно пошли кого-нибудь из хлопцев в первую больницу, пусть покажут фото раненому водителю. Это срочно!

На том конце провода наконец взяли трубку. Для порядка он пару минут поговорил с парнем. Мужчина верно понял звонок, не понадобились даже извинения, у него было железное алиби, весь день провел в реабилитационном центре для наркоманов. Ершов повесил трубку, его охватил знакомый каждому сыщику охотничий азарт. Он подошел к окну и выстучал пальцами затейливую мелодию по стеклу. «Ты еще грустишь, мой сладкий беби…» С севера наползали густые тучи, к ночи обещали грозу. Весенняя гроза – к удаче! Так любила шутить покойная жена. Мужчина скрипнул зубами, сунул под язык таблетку валидола. Громко зазвонил телефон.

– Товарищ майор! Я звоню из больницы, шофер опознал человека по фото.

– Спасибо!

Он немедленно связался по селектору с дежурным, и спустя несколько минут ориентировка на Кощея поступила в работу. Дальнейшее являлось вопросом времени. Сложное поначалу дело оказалось не таким уж и запутанным. Теперь вопрос оперативности. Успеть взять подонка до того, как он совершит новое преступление. Майор еще раз взглянул на показатели загадочного тропонина. Забавное слово – похоже на фамилию человека. После недолгого раздумья он набрал номер доктора Ройзмана.

– Евгений Михайлович! Это Ершов. Извините за неурочный звонок…

– Все в порядке. Чем могу быть полезен?

– Я тут получил анализ крови подозреваемого. Смущают показатели тропонина, – он близоруко прищурился, продиктовал цифры.

– Ошибка исключена?

– Надеюсь, да…

– Сделайте анализ повторно. Я в своей практике таких цифр не встречал. Думаю, это опечатка.

– Объясните, пожалуйста!

– Существуют верхние границы нормы. Это касается любых показателей. – Доктор терпеливо растолковывал простые вещи. Из него мог получиться хороший школьный учитель. – Озвученная вами цифра превосходит верхнюю границу почти втрое. Ну, это все равно что у человека была бы обнаружена температура тела пятьдесят градусов. В таком случае следует проверить исправность градусника. Сделайте повторный анализ.

– Мы так и сделаем. Спасибо за помощь, доброй ночи!

– Не за что! Всегда к вашим услугам!

Ершов положил трубку. Бес с ним, с тропонином этим! ВИЧ, гепатит С… Типичный набор, как говорят бывалые наркоманы. Он вспомнил изнасилованную девушку, подошел к окну, распахнул форточку, вдохнул ядреный аромат весенней листвы.

Часть вторая

Санкт-Петербург. Гороховая улица. 10:50

Дом на Гороховой оказался обычным старинным зданием с облупившейся по эркеру лепкой и черным глухим двором. Въезд был перекрыт новенькими воротами с блестящим замком, вмонтированным в стену.

Свежий ветер принес с Фонтанки утреннюю прохладу. Возле подъезда растеклась черная лужица. Мимо прошли две женщины, полная брюнетка кинула оценивающий взгляд на широкоплечего мужчину. Авдеев усмехнулся. Несколько лет бесперебойного пьянства не прошли даром. Раньше на него обращали внимание дамочки посвежее! До означенной встречи оставались считаные минуты, квартира «3», как и следовало ожидать, являлась стандартным офисом. Скромная дверь с лицевой стороны улицы, два окна наглухо закрывали плотные жалюзи.