Читаем Идущие на смерть… полностью

Гоплиты не стояли вплотную, как можно было бы предположить, а располагались примерно в трех футах друг от друга. Это давало возможность копьям проходить через все ряды, и, кроме того, солдаты могли маневрировать оружием. Офицеры, стоящие внутри фаланги с обнаженными мечами, выкрикивали приказы: «Полибей, твой наконечник копья выходит из линии на две ладони! Эпаминонд, ты не собран! Муха сшибет тебя с ног в такой позиции».

Эсседарии использовали легкие колесницы, запряженные двумя лошадьми. Они галопом объезжали неподвижную фалангу и иногда неожиданно посылали лошадей прямо на нее, как будто собираясь заставить их броситься на копья, и затем в последний момент сворачивали в сторону. Эсседарии надеялись вынудить кого-нибудь из молодых греков повернуть в их сторону копья, чтобы следующая за ними колесница могла бы ворваться в создавшуюся таким образом брешь, но офицеры гоплитов поддерживали железную дисциплину, и линия копий не колебалась.

После нескольких ложных атак, эсседарии изменили свою тактику. Они не могли себе позволить утомить лошадей. В каждой колеснице находилось два человека: возничий и метатель аркана. При новой атаке арканщик в головной колеснице начал вращать петлю способом, известным сегодня как «бабочка», то есть он вращал петлю вертикально перед собой и слева от себя. Затем он резко перенес ее вправо и бросил аркан в направлении стоявшего во втором ряду гоплита. Если бы эсседарий попытался поймать бегущее животное, он бы перед броском вращал петлю вокруг свой головы, чтобы лучше контролировать ее полет, подобно тому, как извивается перед броском нападающий в бейсболе. Но в этом случае греки догадались бы, куда будет направлен бросок, и уклонились бы или отбили петлю копьем. Поэтому быстрый неожиданный бросок из-под руки был лучшим приемом.

Но даже такой бросок не удался. Петля ударилась о гребень из конского волоса на шлеме солдата в первой шеренге и изменила свое направление. Тут же эсседарий рванул аркан назад, испугавшись, что гоплит схватит аркан и выдернет у него из рук. Когда головная колесница с грохотом укатила прочь, другой эсседарий попробовал сделать такой же бросок. Он тоже промахнулся. Эсседарий в третьей колеснице, зная, что греки ждали такого броска, решил бросить аркан по-другому, раскрутив его над головой. Аркан змеей проскользнул через ряды и обвился вокруг шеи солдата в последнем ряду. Испустив победный вопль, арканщик обвил веревку о рог на краю колесницы, а возничий, направив лошадей в сторону, отпустил поводья. Аркан выволок полузадушенного гоплита из рядов фаланги. Он потерял свое копье и разрушил строй. Мгновенно полдюжины колесниц бросилось в образовавшуюся брешь. Возничие воплями подгоняли лошадей и били поводьями по их спинам.

«Сомкнуть ряды!» — закричали офицеры гоплитов. Колесницы вновь были встречены стеной неподвижных копий. Возничие успели вовремя отвернуть. Не успел лишь один. Колесница налетела на копья. Лошади упали на колени. Арканщик выпрыгнул из колесницы и убежал, а возничий не успел этого сделать вовремя. Он погиб, как и его лошади: копье пронзило ему грудь.

Другие колесницы рванулись вперед, чтобы воспользоваться образовавшейся брешью. Они надеялись расстроить строй фаланги раньше, чем гоплиты вытащат свои копья из бьющихся в агонии лошадей. Их пронзили своими копьями солдаты третьего и четвертого рядов. Офицер, командовавший этой частью фаланги, сразу понял ситуацию.

«Третий и четвертый ряды на колени! — закричал он громовым голосом. — Пятый и шестой ряды три шага вперед».

Как один человек солдаты в третьем и четвертом ряду упали на колени и те, у кого копья не завязли, подняли их, уперев задним концом в землю. Два задних ряда солдат сделали вперед три шага точно отмеренной длины, чтобы восстановить ряд копий. Приближавшиеся колесницы были вынуждены отвернуть в сторону.

Когда копья освободили от бьющихся в агонии лошадей, офицер быстрым ударом меча по основанию черепа добил животных. Из тыла фаланги последовал следующий приказ: «Пятый и шестой ряды, три шага назад! Третий и четвертый ряды, подняться!»

Строй фаланги был снова восстановлен, и она могла встретить атаку эсседариев.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах

Данная книга известного историка Е. Ю. Спицына, посвященная 20-летней брежневской эпохе, стала долгожданным продолжением двух его прежних работ — «Осень патриарха» и «Хрущевская слякоть». Хорошо известно, что во всей историографии, да и в широком общественном сознании, закрепилось несколько названий этой эпохи, в том числе предельно лживый штамп «брежневский застой», рожденный архитекторами и прорабами горбачевской перестройки. Разоблачению этого и многих других штампов, баек и мифов, связанных как с фигурой самого Л. И. Брежнева, так и со многими явлениями и событиями того времени, и посвящена данная книга. Перед вами плод многолетних трудов автора, где на основе анализа огромного фактического материала, почерпнутого из самых разных архивов, многочисленных мемуаров и научной литературы, он представил свой строго научный взгляд на эту славную страницу нашей советской истории, которая у многих соотечественников до сих пор ассоциируется с лучшими годами их жизни.

Евгений Юрьевич Спицын

История / Образование и наука
Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное