Читаем Идём на Восток полностью

— Мы сделаем так, старик — сказал князь — поскольку неверные топчут своими грязными ногами священную землю Мекки и Медины, нашу многострадальную землю, по которой ступала нога Пророка Мухаммеда, Саляху Алейхи Уассалям, джихад является фард айн, то есть обязательным и индивидуальной обязанностью каждого правоверного мусульманина. А тот, кто не может выйти на пути Аллаха по старости, болезни или иным причинам — должен делать джихад имуществом. Поэтому, мы заберем из твоего стада двух жирных баранов. А Аллах — вознаградит сторицей и тебя, и хозяина этих баранов за богоугодное дело. Ты же, вернувшись в свое селение, донеси до своих соплеменников весть о Джихаде, о Часе и об огне, который ждет каждого, кто проявит себя лицемером и трусом в столь тяжкое время испытаний, что послал нам Аллах. Скажи им, что мы ведем джихад против неверных, против кяфиров ради того, чтобы сделать здесь Халифат и установить на нашей многострадальной земле Шариат Аллаха. Пусть те, кто хочет выйти на пути Аллаха — найдут себе хорошее оружие и ждут вести, оставаясь в своем селении — весть обязательно придет. А тот, кто не может выйти на пути Аллаха, пусть делает джихад имуществом, пусть соберет съестное и сколько может денег и ждет нас. Скажи, что сколько бы кто не израсходовал на пути Аллаха — в день Суда им будет возмещено в семьдесят раз больше[66]. Если же кто не хочет выходить на пути Аллаха, и не хочет делать джихад имуществом — скажи таким, что они тем самым выходят из Ислама, и что Аллах покарает их нашими руками.

— Я все передам, благородный господин — угодливо сказал старик, поняв, что его не убьют.

— Скажи так же и то, что нет на земле власти кроме той, которая от Аллаха, и которая судит по законам шариата, кто же подчиняется другой — тот подчиняется тъагуту и выходи из ислама и претерпит за то мучительное наказание. Того, кто подчинится сатанинской власти — того так же ждет наказание от Аллаха нашими руками. Передай все в точности.

— Я все передам, благородный господин — сказал старик — может быть, благородный господин скажет свое имя, чтобы я мог передать все в точности.

Князь несколькими словами на языке, который старик никак не мог понять — фарси — приказал киргизам забрать двух баранов. Над своим новым именем — думал он недолго…

— Мое имя Аль-Бакр[67], старик. Произноси его как можно чаще, чтобы все знали его — и да спасет тебя Аллах от заблуждений…

* * *

Опытные скотоводы киргизы — быстро выбрали двух баранов пожирнее, тут же их скрутили, связали и подвесили к своему грузу, на спины. Бараны были не сказать, что сильно жирные — в здешних горах не зажиреешь. Старику оставили жизнь и винтовку, и когда они удалялись — никто и не думал, ч о старик кому то из них выстрелит в спину.

Князь удалялся спокойно — он знал, что старик и не подумает бежать за ним, следить — наверное, он сейчас возносит благодарственную молитву Аллаху, что остался в живых. Знал он и то, что будет дальше — вернувшись в свое селение, старик расскажет, что произошло. Моментально пойдет слух — старого, беззащитного человека в горах ограбили, несколько раз пнули, отнеслись безо всякого уважения. Все это — серьезные преступления по меркам местного обычного права, которое к шариату имело самое отдаленное отношение. И все это — сделала ваххабитская банда, в которой не местные, а неизвестно, кто. Слухи будут распространяться, ширится, рано или поздно дойдут до базара. И ваххабитов здесь, настоящих ваххабитов — встретит совершенно не радостный прием.

Местный феодал, которого ограбили — либо соберет своих родственников и начнет рыскать по горам, либо пойдет и пожалуется местному кади, судье. А кади — уже к тому времени узнает, что эти люди еще и оскорбили и имама и его, обозвав мунафиками. Рано или поздно это дело дойдет до настоящих ваххабитов, и они начнут разбираться, кто это сделал. Начнутся проверки в бандах, недоверие будет разъедать движение как ржа. Кто-то может отколоться, превратившись в обычных бандитов, кто-то выдаст себя.

И попадает под удар.

Ну и напоследок — у них есть два барана, а это значит, что они — с мясом. Если удастся развести костер — то часть мяса они зажарят на костре и съедят, часть — завялят на солнце, отбив еще и камнями, как это делают пастухи. Вместо трупа старика, который не был ни в чем виноват — они нашли себе пропитание, да еще и сильно подгадили ваххабитам.

Князь в темноте улыбался…

* * *

Утром — они нашли место, где можно было залечь на дневку. Баранину как смогли приготовили и съели — на высоте, при больших нагрузках мясо — лучшая еда, чтобы утолить голод. Несмотря на то, что точка, местоположение боевиков, пещера были где-то рядом — передвигаться днем они не рискнули. Тем более, что рядом была автомобильная дорога, спалиться — проще простого…

В темноте — они снова выступили в поход. И шли, пока проводник — не залег, подав сигнал опасности…

Князь и Багыш — подползли к нему. Багыш сказал несколько слов, проводник ответил.

— Что?

— Там

Князь посмотрел в указанном направлении — но ничего не увидел

— Не вижу

— Свет. Там что-то есть.