Читаем Идём на Восток полностью

Иса сдержал язык — в банде было что-то вроде военной демократии, но оскорбления старших, вне зависимости от причины и обстоятельств — вряд ли бы кто-то понял. Деды приняли англичан как друзей, деды поверили англичанам. За это они жестоко поплатились — русские залили непокорные ущелья кровью своих врагов.

Англичанин кашлянул

— Что касается твоего замечания, что я не мужчина — я участвовал в двух боевых походах и лично убил семнадцать человек. А сколько убил ты, мужчина?

Англичанин говорил правду. Это было совсем недавно… и его не просто так отозвали из британской Индии, где до сих пор неспокойно. А вот Иса — снова был вынужден придержать язык. Потому что всему есть предел, в том числе и насмешкам — если мужчина сомневается в словах другого мужчины, ничего хорошего не жди. Большие расстояния и дальние, опасные дороги в горах — не способствуют тому, что надо проверять информацию — потому в горах принято верить на слово. Конечно, тот, чья ложь впоследствии раскроется — станет объектом для насмешек и возможно — даже изгоем.

А вот Иса убил только двоих. Нет, конечно, он стрелял в русских — но точно убил только двоих. Русских нелегко убить, особенно казаков. Нет, убить то просто… непросто уйти после этого живым. Казаки научились, чуть что — и начинается облава, конные перекрывают тропы, пешие хватают ружья, станицы огорожены высокими частоколами, у пастухов тоже есть оружие. Так что ему — оглашать свой счет вовсе не хотелось. Но двоих русистов он все же убил, в том числе одного офицера, неосмотрительно остановившегося, чтобы прикурить на ветру.

— Достаточно убил… — сказал он — и братья это знают.

Этот ловкий словесный прием — все-таки позволял усомниться в словах гостя, не бросая ему вызов напрямую.

— Я пришел к вам для того, чтобы поделиться своим опытом войны. Научить вас убивать и оставаться в живых. Готовить вас к тому дню, когда ваше выступление закончится победой, а не реками крови. Этот день обязательно придет. И нам бы хотелось, чтобы в рядах доблестных воинов Британского содружества — нашлось бы место и нам.

— Мы воюем за свою землю — сказал еще один чеченец, в западе молодости забывший о вежливости — а не за твою!

— Враг моего врага мой друг — сказал британец — Россия враг нам так же, как и вам. Так же как и вы — мы хотим дать свободу народам, стонущим под тяжелой пятой России. А таких народов поверьте — немало. Татары, башкиры, аланы, грузины, казаки…

На слове казаки — чеченцы возмущенно зафыркали

— Казаки? — сказал один из них — казаки служат русскому царю и убивают нас. Что ты знаешь о казаках, чужак? Не приведи Аллах тебя встретиться с ними, они то быстро расскажут тебе о свободе. Отведут тебя к генерал-губернатору, и будешь болтаться на виселице…

— В душе каждого малого народа — вывернулся англичанин — горит огонь свободы. Каждый народ, скованный романовской империей — мечтает вырваться из железных пут. Правда в том, что есть народы, которые покорились врагу. Но есть и те, которые не желают жить под сатанинской властью московитов, которые сражаются, даже если силы не равны. Но когда у одних — получится завоевать свободу своей острой саблей — глядя на это, поднимутся и другие. И свобода — воссияет над Московией, настоящая, а не та, которую покупают рабской верностью.

Все замолчали

— Хазачу дашо Іуьргара лаьхьа баьккхина — сказал Салман, и тут же перевел — красивое слово и змею из норы выманило. Ты хорошо говоришь, англичанин, и ты знаешь язык нашего народа, наших отцов — но хватит ли у тебя смелости встать вместе с нами против русистов? Хватит ли у тебя воли стать одним их нас?

— Для этого — я сюда и пришел — сказал англичанин — я пришел для того, чтобы учить вас убивать и убивать самому. Аллах видит в моем сердце.

Чеченцы молчали

— А для того, чтобы было чем убивать — надо подготовить площадку. Кто-нибудь — умеет жечь костры?

* * *

В тридцать пятом году — все, конечно, было проще. Это потом, через несколько лет — появились первые радары, тогда еще несовершенные, а в сорок втором — Люфтваффе приняли на вооружение переделанный тяжелый бомбардировщик, в освободившемся бомбовом отсеке которого был установлен локатор такой мощности, что этот бомбардировщик способен был обнаруживать враждебные цели за пятьдесят с лишним миль и наводить на них истребители… эти машины получили название «Берлин», по месту их первоначальной дислокации — аэродром Гатов. В тридцать пятом же… все было намного проще, ночью опытный пилот вполне мог на хорошем самолете пересечь даже границу сверхдержавы, выполнить задание и возвратиться назад. Уже через месяц — британский транспортник поднялся с тайной площадки под Гератом, контролируемой британскими спецслужбами и полетел на северо-запад. Опытный летчик, бывший пилот Бритиш Эйруэйс, выполнявший рейсы, в том числе и над Россией — без труда нашел разложенные правильным треугольником костры, сбросил на них больше тысячи фунтов груза в парашютных контейнерах и ушел назад.