Читаем Иди ко Мне! полностью

Профессор почему-то обрадовался моему вопросу и стал подробно, на доходчивых примерах рассказывать про гомеостат. Объяснял он так: у них в авиационном полку была душевая на несколько кабинок, но со слабым напором воды. Хочется человеку сделать воду погорячее, и он начинает крутить краны. В итоге кого-то шпарит кипятком, а на кого-то льётся ледяная вода. Гомеостат — это, конечно, не душ, но основанное на том же принципе техническое устройство для проверки людей на совместимость. Как раз в ту пору формировали экипажи космонавтов для групповой работы в космосе. А при проверке на гомеостате иногда выяснялось: в таком составе их посылать в космос нельзя из-за несовместимости характеров. Зато как великолепно работал на гомеостате, рассказывал Горбов, главный конструктор страны Сергей Павлович Королёв. Он объединял людей и уживался с неуживчивыми, создав свою знаменитую команду покорителей космоса.

Кстати, когда на гомеостате проверяли уже не космонавтов, а школьников, то выяснилось: в группах с высоким уровнем сплочённости дети буквально расцветали, и былые «тупицы» становились отличниками. Словом, есть своё научное подтверждение сказанному в Псалтири: «Се что добро или красно, но еже жити братии купно». Купно — значит дружно, и как же окрыляет человека любовь!

Вернулась я от Горбова домой и опять наткнулась в тексте на ребус. Ничего не понимаю, и никакой разгадки к ребусу нет! На часах уже одиннадцать вечера. Сгораю от стыда и всё же звоню в квартиру Горбовых:

— Фёдор Дмитриевич, мне очень стыдно, но...

Договорить мне не дают — почему-то заливисто смеются дети, а Горбов весело спрашивает сына:

— Это кто тут говорил, что журналюги — безнадёжные снобы? А что показал эксперимент?

Оказывается, во время беседы Горбов тестировал «журналюг». Подкидывал нам очередной ребус без разгадки и спрашивал: «Вам понятно?» Мы кивали: «Понятно», не желая признаваться в своём невежестве. Всё-таки мы — пресса, интеллектуалы, элита, и тут принято держать фасон. А вот об этом «фасоне» преподобный Иоанн Лествичник писал так: «Гордость есть крайнее убожество души».

С тех пор мы подружились с Горбовым. Он даже взялся меня учить и не стеснялся самых резких выражений, обличая мою «дурь». Впрочем, резок он был не только со мной. Вот сценка из жизни. На учёном совете обсуждают вопрос: присуждать или не присуждать степень кандидата наук пожилому сотруднику В.? С одной стороны, диссертация В. — это образец бездарности и невежества. С другой стороны, В. уже двадцать лет преданно служит науке, правда, по-своему: достаёт для лабораторий оборудование, выбивает для сотрудников квартиры, международные гранты и льготные путёвки в санатории. Наконец, у В. больная жена и дети, а «остепенённым» сотрудникам платят больше, чем «неостепенённым». Вот и мучаются учёные мужи, сочиняя хоть какие-то положительные отзывы о диссертации и досадуя, что приходится врать. Горбов в это время сидит в сторонке и читает научный журнал.

— Фёдор Дмитриевич, а вы почему не участвуете в обсуждении? Вы «за» или «против»?

— А что тут обсуждать? — удивляется Горбов. — Диссертация, конечно, говно. Но кушать-то человеку надо. Я — «за»!

Лекции Горбова были настолько занимательны, что на них сбегались студенты с других факультетов. Например, одну лекцию он начал так: «Господа студенты, кто мне подскажет, как пьяному человеку попасть в метро, если надо ехать домой, а милиция и контролёр не пускают?» Студенты веселятся и из опыта своих похождений предлагают варианты, как перехитрить контролёра и скрыться от милиции в толпе. А правильный ответ такой: пьяному надо притвориться больным, потому что на больных стараются не обращать внимания. Чужие страдания — обуза для людей, и чужая боль — не наша беда. Так начиналась лекция об отношении к больным в условиях нарастающего равнодушия общества.

Однако вернусь к Международному конгрессу психологов, где самое интересное происходило не в зале заседаний, но во время доверительного общения учёных, и Горбов брал меня с собой на эти встречи. Собирались за чаем в гостиной пресс-центра и однажды засиделись здесь почти до утра. Всех поразил тогда поступок двух молодых американских учёных, сделавших важное открытие в науке и похоронивших это открытие под спудом. Открытие же заключалось в том, что с помощью специальных датчиков, прикреплённых к голове, можно с пульта, на расстоянии, управлять поведением человека, вызывая у него приступы агрессии. Открытием тут же заинтересовались военные, понимая его практическую значимость. Представляете, что это такое: агрессивные управляемые солдаты-зомби, готовые идти на смерть по сигналу с пульта? Учёным сулили большие деньги, но они отказались работать на войну, предпочитая сгинуть в безвестности.