Произнося эти слова, Джонс почувствовал себя этаким Джеймсом Бондом, и, хотя ему самому было смешно, он заметил, что у Мэгги загорелись глаза.

Мало того, она возбужденно вскочила с дивана!

— Опасная?

То, чем занимался сейчас Гарри, было чистой воды импровизацией. Тем не менее ему, похоже, удалось нащупать нужный рычажок.

Посмотрев Мэгги в глаза, Джонс мрачно кивнул, затем огляделся по сторонам, будто опасаясь, что ее дом может быть нашпигован жучками, и понизил голос.

— Учти, это совершенно секретно. Тебе будет доверена информация исключительной важности. Но ты узнаешь только самое необходимое.

Мэгги вдруг стала очень серьезной. Наблюдая за ней, Гарри вновь ощутил себя агентом 007.

— И что же я должна знать?

— Мы ведем наблюдение за одной импортно-экспортной компанией. Есть подозрение, что она является составным звеном в цепи наркоторговцев, распространяющих незаконный товар по всему миру. Но до последнего времени нам не удавалось внедрить в эту фирму своего человека. А сейчас возникла очень удобная ситуация: недавно один из их ведущих бухгалтеров бросил работу и улетел в Гонконг, прежде чем мы успели его перехватить. — Джонс помрачнел, вспомнив, какую досаду испытал, когда стало ясно, что они проворонили Эдмонтона. Тот просочился будто вода сквозь пальцы. — Так что мне точно известно о вакансии, возникшей в тамошней бухгалтерии.

Взгляд Мэгги поскучнел.

— Ты предлагаешь мне работу по профессии? Не очень-то впечатляет.

— На девяносто процентов твоя работа будет обычной, той, которой ты привыкла заниматься, — честно признался Гарри. — Но ты сможешь все увидеть и услышать изнутри.

Конечно, они не смогут подобраться к докам, где происходит разгрузка и погрузка кораблей и где, безусловно, совершается главный оборот наркотиков. Но никто в компании не догадается, что в самом их гнезде — в центральном офисе — появилась подсадная утка. А если они захотят проверить новую сотрудницу, то лишь обнаружат, что она в самом деле высококлассный бухгалтер и не имеет никакого отношения к полиции. Кроме того, Мэгги ведет спокойный, уединенный образ жизни, в котором нет даже намека на какую бы то ни было криминальность. Зато спальня в ее доме — просто полигон для испытания эротических идей. Если Джонсу повезет, Мэгги согласится затащить туда Лукаса Хаммера, а там, глядишь, и удастся его разговорить.

Нет, эта девушка в самом деле настоящая находка!

Ее новая работа будет безопасной и скучной. Однако Гарри успокаивал себя тем, что деятельность Мэгги на цементном заводе — занятие не менее нудное.

— Скажу прямо, в любой момент тебя могут разоблачить. Чем это грозит, думаю, объяснять не надо. Зато ты будешь находиться в самой гуще событий, так что риск в каком-то смысле оправдан.

Черта с два! Я вытащу ее оттуда раньше, чем начнется какая-нибудь заварушка. Не успеют ребята из «Океаника» еще и пальцем пошевелить, как Мэгги окажется дома, в безопасности, и сможет преспокойно затеять эротическую игру с каким-нибудь молодым бугаем.

— Неужели это в самом деле так опасно? — с тихим восторгом спросила Мэгги.

Чудесно! Девчонка проглотила наживку. Вон как глазенки заблестели!

Ее новая работа будет спокойнее, чем дежурство ночной нянечки в доме престарелых.

— Очень опасно!

Дыхание Мэгги участилось, как у распалившейся женщины, и организм Гарри отреагировал на это, несмотря на сопротивление рассудка. Однако он мгновенно одернул себя. Ни при каких обстоятельствах не закрутит он романа с соседкой-нимфоманкой. И вообще, было бы очень хорошо, если бы мозг и мужской орган Гарри обладали одинаковым вкусом относительно дам.

— Что я должна делать?

Глава 3

— Ничего особенного. Просто будь собой.

Услыхав подобный ответ, Мэгги внутренне содрогнулась. «Собой» — значит, скучной бесцветной женщиной с мышиного оттенка волосами и полным отсутствием личной жизни, за плечами которой девять лет составления финансовых балансов для цементного завода.

Ну нет!

Девушка, пришедшая в компанию «Океаник», являла собой произведение искусства, созданное Джимми из салона «Экстази», продавщицей из престижного магазина одежды и окулистом, подобравшим для Мэгги контактные линзы.

На ней был самый консервативный костюм из нового гардероба: черный облегающий жакет из шерстяной ткани, юбка до колен и того же цвета сапожки. Лишь одна Мэгги знала, что внутри ее обувка утеплена настоящей шкуркой леопарда. Это придавало уверенности в себе. Ворот жакета тоже был украшен таким же мехом, но перед беседой с представителями компании Мэгги сняла его, не желая, чтобы ее внешний вид сочли чересчур вычурным.

Стуча по асфальту точеными каблучками модельных сапожек, она репетировала про себя предстоящее собеседование.

Гарри рассмеялся, когда Мэгги попыталась попрактиковаться на нем.

— Да не волнуйся ты так! Тебе не нужно никого изображать. Просто говори правду, только и всего.

Ха! Знал бы он… Ведь Мэгги именно это и делала — играла роль модной молодой женщины.