Читаем Идеальная мать полностью

– Не рассказывай остальным, ладно? Я даже не знаю, зачем упомянула об этом. Там в основном неработающие мамы. А я в непростой ситуации.

– Не волнуйся. Я тоже хорошо храню секреты. – Какой-то мужчина, стоявший за Одди, протиснулся к барной стойке, и Одди невольно прижался к Колетт. Он кивнул в сторону веранды: – Пошли?

Они вышли на веранду и сели как раз в тот момент, когда Фрэнси стала стучать по бокалу ножом.

– Извините, что прерываю, – сказала Фрэнси. – Но уже пора.

– Что пора? – спросила Нэлл.

Фрэнси повернулась к Уинни:

– Уинни?

Уинни оторвалась от телефона на коленях и посмотрела на нее:

– Да?

– Твоя очередь.

– Моя очередь? – Всеобщее внимание, казалось, застигло ее врасплох. – В каком смысле?

– Твоя очередь рассказывать историю рождения.

Колетт тепло относилась к Фрэнси. Она была такая добродушная и молодая – на вид ей нельзя было дать больше тридцати – не женщина, а тройной восклицательный знак. Но Колетт хотелось бы, чтобы Фрэнси отказалась от этой традиции. Когда они еще были беременны, Скарлет предложила начинать каждую встречу с истории рождения. После того как они родили, эта традиция превратилась в подробное описание родов, и стало бессмысленно отрицать ее суть. Это было соревнование. Кто лучше всех справился с самой первой задачей материнства? Кто был сильнее? Кто из них не справился (те, кому делали кесарево)? Колетт надеялась, что они скоро перестанут рассказывать эти истории, и все-таки ей было любопытно послушать Уинни.

Но Уинни обвела всех взглядом:

– А знаете, я, пожалуй, последую совету Нэлл, пойду закажу себе выпить. Нормальный взрослый напиток. – Она указала на пустой стакан Одди. – Пойдешь со мной?

– Да, конечно, – сказал Одди.

Колетт проводила их взглядом и повернулась к столу, вслушиваясь в обрывки разговоров вокруг себя. Она изо всех сил старалась не отвлекаться, казаться заинтересованной, с удивлением отметила, как быстро кончился второй стакан, раздумывала, не заказать ли еще один. Она поднялась и пошла в туалет. По дороге она заметила, что Уинни стоит у барной стойки. Она разговаривала с каким-то невероятно привлекательным мужчиной. На нем была ярко-красная кепка, он наклонился к Уинни и шептал ей что-то прямо в ухо. Одди нигде не было. Колетт почувствовала, что увидела что-то, не предназначенное для ее глаз. Но она не отвернулась, а наоборот обошла пару, которая стояла перед ней, чтобы было лучше видно. Мужчина одной рукой обнимал Уинни за талию, а другой теребил пояс ее платья. Он что-то прошептал, она отшатнулась и раздраженно взглянула на него. В том, как близко он к ней подошел, в его выражении лица было что-то…

– Все хорошо? – перед Колетт внезапно возникла Нэлл с меню в руках, закрывая собой Уинни.

– Да-да, я просто шла в туалет.

– Я хотела спросить, не голодная ли ты, могу тебе что-нибудь заказать.

– Нет, спасибо, я ела, – ответила Колетт. Нэлл направилась к официантам, а Колетт посмотрела на бар.

Их уже не было.

Она обвела взглядом в толпу и двинулась к туалету. Пробравшись мимо теснящихся у поля для бочче людей, встала в очередь за тремя почти одинаково одетыми девушками, уткнувшимися в телефоны. Колетт встряхнула головой. Это какой-то знакомый Уинни, решила она. А тревожно ей потому, что она выпила и очень устала. Просто голова ее подводит, у нее так часто бывало в последнее время. Вот, например, сегодня утром она машинально налила в бутылочку Поппи кофе.

Выйдя из туалета, она направилась на улицу, чтобы позвонить Чарли. Он сказал, что Поппи спит, а он работает над последними правками своего романа.

– Не торопись, – сказал он. – У меня все под контролем.

Она вернулась к столу, села рядом с Фрэнси и увидела, что рядом с тем местом, где сидел Одди, за стоявшей на столе липкой стеклянной банкой с острым соусом лежит телефон.

– А где Одди? – спросила она у Фрэнси.

Та убрала свой телефон в сумку.

– Ушел.

– Как это? Когда?

– Только что. Так странно, он почему-то очень торопился. Сказал, срочно нужно домой.

– Да, непонятно. Я сейчас выходила, звонила Чарли, но Одди не видела. – Колетт потянулась за телефоном. – Он забыл телефон.

Нэлл вернулась, в руках у нее было две тарелки дымящейся горячей картошки фри.

– Как же можно подавать картошку без уксуса? – сказала она и села на свое место. – В Англии это считается государственным преступлением. – Она посмотрела на Колет: – Серьезно? Сначала Уинни не отрывалась от телефона, а теперь и ты туда же? Мы что, для этого сюда пришли, в телефонах сидеть?

– Это не ее, – сказала Фрэнси, отодвинула от себя картошку и взяла стакан с водой. – Это Одди забыл.

– Вообще-то нет, это телефон Уинни, – Колетт перевернула телефон и показала им заставку с Мидасом. – Тут, кстати, в чехле ключ.

– А где она? Она пошла к бару за выпивкой, с тех пор я ее не видела, – сказала Фрэнси.

Колетт смахнула экран, там появилось размытое видео, светящееся светло-салатовым цветом:

– Так, а это что? – Она снова показала телефон Нэлл и Фрэнси. – Это спальня Мидаса?

Фрэнси выхватила телефон у Колетт:

– Это видео. Это его кроватка.