Читаем Ideal жертвы полностью

– Удобнее довести наши отношения до логического конца, – масляно улыбается доктор. – Ты ведь в корпусе для персонала живешь? Я к тебе загляну. Сегодня. Часиков в девять вечера.

И по его ликующему взгляду было видно: уж теперь-то Старцев точно не сомневается, что затащит меня в постель. Безо всякой преамбулы в виде ресторана или уроков автовождения.

Только я и раньше – еще пребывая в статусе скромной тренерши из Кирсановки – сомневалась, нужен ли он мне. А уж сейчас, когда работаю в «Ариадне» и рядом находится мой недостижимый и прекрасный Костя, не сомневаюсь вовсе.

И я бурчу:

– Вечером я занята.

Но если в Кирсановке доктор, слыша мои отказы, робко спрашивал, когда же я наконец смогу уделить ему время – то здесь он ведет себя совсем по-другому. Небрежно произносит:

– Значит, постарайся освободиться.

– Да с какой стати? – пожимаю я плечами.

А Старцев назидательно говорит:

– Да с такой, Лиля, что ссориться со мной тебе теперь неразумно... Понимаешь, о чем я?

– Вы мне не начальник, – продолжаю бунтовать я.

Хотя это не аргумент, конечно.

Старцев, по нахальной роже видно, здесь большой человек, а я – всего лишь инструкторша по шейпингу. К тому же новенькая, без репутации, без друзей... Одно его слово – и вылечу из теплого местечка, как пробка.

Но все равно: язык у меня так и чешется – просто послать старого приставалу куда подальше.

Однако я сдерживаюсь. Старцев – не спрашивая, а утверждая – произносит:

– Значит, договорились. Сегодня в девять я у тебя.

И деловитой походкой удаляется.

А я гляжу ему вслед и ломаю голову: как бы мне избавиться от его домогательств? И остаться при своей новой замечательной работе?!

...На свое первое занятие по шейпингу я тоже шла с тревогой. Как я справлюсь? Удастся ли подружиться с коллегами? Тренер из меня, может, и неплохой, но ведь я нигде не училась. Фитнес осваивала по видеокассетам. Для Кирсановки, может, и такой уровень сгодится – но устроит ли он столичных, разбалованных дорогими спортивными клубами фифочек?

Но первая моя клиентка оказалась абсолютно нормальной девицей. Не сильно старше меня – слегка, наверно, за тридцать. И говорок не противный московский, а скорее, как у «прекрасной няни», с гэканьем. И держится без особого гонора, хотя бриллианты на пальцах внушительные.

– Тебя, кажется, Лилей зовут? – деловито обратилась она ко мне. – Ну, слушай, Лиля. Ставлю задачу. У меня проблемное место пресс. И попа. А еще я эту физкультуру страшно ненавижу. Так что ты на меня воздействуй. Любыми способами. Вплоть до физического устрашения.

– Лупить тебя, что ли? – ухмыльнулась я.

Фу, что я несу? Тут ведь не простецкий кирсановский клуб, к здешним клиенткам надо, наверно, на «вы» обращаться. Но эта поправлять меня не стала:

– Да хоть и лупи. А то у нас в Жуковке в клубе с нами носятся, да не устали ли вы, да не хотите ли отдохнуть, посидите в кресле, вот вам коктейльчик «Здоровье». Ну, и сидишь, расслабляешься. А задница растет.

На мой вкус, филейная часть у моей клиентки была вполне приемлемой. Не королева красоты, конечно, но и никаких особых телес. Но если хочет, чтоб ее гоняли – я ей мигом это устрою. Я врубила бодренькую «Чем выше любовь, тем ниже поцелуи», велела повторять за мной и задала такой темп, что клиентка уже через десять минут пыхтела паровозиком.

Сейчас сдастся? Попросит в кресло и коктейльчик? Но тетка, молодец, терпела. А я на ходу ее подбадривала: «Еще минус сто килокалорий! Еще минус двести! Теряешь просто на глазах!..»

Полная чушь, конечно, но у нас в Кирсановке девчонки мне верили. Поверила и эта – явно разбалованная элитными столичными клубами. Впрочем, из Москвы ли она?

Когда сбавили темп и перешли к спокойным упражнениям на растяжку, я поинтересовалась:

– Ты сама вообще откуда?

– Вообще с Кубани, – хмыкнула она. – Станица Тимашевская, или Тимашевка. – И со значением добавила: – Но сейчас живу на Рублевском шоссе. Точнее, в Жуковке. Знаешь такое место?

– Это там, где президент?

– Ну, почти. Я из-за его кортежа вечно в пробках стою.

Клиентка явно устала, ей хотелось поговорить. И хотя до конца урока оставалось еще минут двадцать, я решила больше ее не мучить. Да и самой интересно: как вышло, что девчонка из Тимашевки стоит в пробке по соседству с самим президентом?

Катина история (так звали мою первую клиентку) оказалась довольно проста. Жила в бедной семье, отец пил, мать разрывалась между четырьмя детьми. Едва Катя закончила школу, назанимала у всех, у кого только можно, и рванула в Москву. Думала устроиться продавщицей. Но чтобы попасть на работу в магазин, нужна была столичная регистрация, а на рынке платили копейки. Да еще и работаешь на холоде, в Москве вечно дождь, слякоть, не то что в родных теплых краях. В общем, помыкалась пару месяцев и сдалась. Позвонила по объявлению, где «красивых девушек без комплексов приглашают на высокооплачиваемую работу».

– Не для того, конечно, я в Москву ехала, чтоб под разных козлов лечь подстилкой, – вздохнула Катя, – только что оставалось делать?