На следующий день, уступив моим униженным просьбам, Лена согласилась сопровождать меня в Петергоф. Что-то она слишком быстро сдавалась, чтобы быть искренней, но тогда я не обратил па это внимания. Какой приказ отдал бы Петр Великий на моем месте? Немедленное нанесение увечий. Карцер или четвертование. Либо, последовав моему примеру, он затащил бы ее вглубь тенистой аллеи, меж берез и сосен, в свой летний дворец Монплезир, откуда можно любоваться сквозь лепестки раннего лета ледоколом, идущим к Кронштадту. Беспечной девочке Лене было глубоко на меня наплевать, это было видно невооруженным глазом: ей хотелось, чтобы я по блату вывел ее в финалистки, только и всего. Но вид Финского залива под бескрайним небом, белое солнце, дружелюбные облака и ее детская пробежка по местному краснокирпичному Трианону… Мне казалось, я слушаю музыку. Я сломался на картинке, дорогой мой кюре, что вы хотите, я эстет, издержки профессии. И потом, я столько бабок вложил в эту экспедицию. Теперь мне оставалось только по уши втрескаться в сопливую геронтофилку с торчащими грудками и тонкой талией. Лена резвилась, ныряя в струи волшебного фонтана. Дождь пролился, и я влюбился. Мои легкие вдыхали чистый солоноватый воздух. В это мгновение я вспомнил недавно прочитанные строки Пастернака:

Брызги гигантского водяного цветка заливали ее с головой, промокшая кофточка прилипла к соскам, которые легко угадывались под прозрачной тканью, их розоватость сочеталась с оттенком губ, а лоб тонул под копной волос, струившихся своевольной рекой между бугорками грудей… Земля ходила ходуном под ее ногами, и мне хотелось утонуть в этой крестильной грязи.

Можно ли найти определение гармонии? Судя по всему, я наконец стал полноправным персонажем этой весенней прибалтийской открытки. Словно мое уродство и моя слабость были мне прощены: я уже не выглядел тут чужаком. Ее красота открыла мне двери в непорочный мир, простодушие упрощало мне жизнь; я вкушал эту минутную передышку как долгожданный эффект стилнокса. Одного мгновения порой хватает, чтобы создалось ощущение, что ты у цели. Вы никогда не испытывали этого? Когда боишься пошевелиться, опасаясь что-нибудь разбить. Господь протянул мне руки, я чувствовал, что готов. Благодать — это настоящее, потому что в такие минуты ни прошлого, ни будущего не существует. Становишься пейзажем.

9