Читаем Язык символов полностью

День его мученической кончины – 23 апреля («весенний Егорий») – всегда осознавался как праздник окончательной победы весны, торжество сил возрождения. В этот день крестьяне начинали полевые работы, впервые после долгой зимы выгоняли на пастбища скотину.

Празднование Чуда Георгия о змие приурочивалось к другому дню – 26 ноября («осенний Егорий»). По преданию, в этот день в 1051 году киевский князь Ярослав Мудрый, принявший при крещении имя Георгий, освятил первый на Руси Георгиевский собор.

«За Службу и Храбрость»

26 ноября отмечено в истории России еще одним важным событием. В 1769 году императрица Екатерина II учредила орден святого Великомученика и Победоносца Георгия. Подобные ордены образовывались почти во всех странах Европы: в Италии, Англии, Германии… Все они имели разные статусы, но было и одно обстоятельство, объединявшее их. Каждый вступавший в орден брал на себя обязательство «в подражание доблести великомученика» честь, оказанную ему, заслужить своими подвигами.

Это было объединение тех, кто перестал искать в Георгии защитника, а сам сделал шаг в ряды его небесного воинства. В орденских правилах записано: «Ни высокий род, ни прежние заслуги, ни полученные в сражениях раны не приемлются в уважение при удостоении к ордену св. Георгия за воинские подвиги; удостаивается же оного единственно тот, кто не только обязанность свою исполнил во всем по присяге, чести и долгу, но сверху ознаменовал себя на пользу и славу Российского оружия особым отличием». Об особой почетности ордена Георгия говорит тот факт, что за всю его историю высшей степенью награждено всего 25 человек, а кавалерами всех четырех степеней имели честь называть себя только четверо. Среди них такие прославленные полководцы, как М. И. Кутузов и М. Б. Барклай де Толли.

Идут годы… Россия стоит на пороге нового тысячелетия. Вновь на ее гербе, как и в прежние времена, ведет свое сражение Георгий Победоносец. Во все времена в России находились люди, достойные встать под его знамена. Жаль, если сегодня этот прекрасный символ так и останется только изображением на государственных документах и рекламных плакатах.

Двуглавый орел

Сергей Кутейников



Герб современной России, двуглавый орел, отличается от своего предшественника, имперского двуглавого орла, разве что цветом: имперский был черным, современный – золотой.

Под двуглавым орлом Россия стремительно взлетела, но столь же стремительным было и ее падение. Сейчас, когда двуглавый орел вновь вернулся в качестве государственного символа, наша страна переживает очередной подъем. Но вопрос о связи ее исторической судьбы с ее государственной символикой (явно недостаточно проработанной) продолжает нас волновать.

Хорошо известны обстоятельства выбора двуглавого орла в качестве герба России. Еще в XVIII веке первый русский историк В. Н. Татищев, ссылаясь на «старую Гисторию Соловетского манастыря», писал: «Иоан Великий, по наследию своей княгини Софии, принцессы греческой, принял за государственный герб орел пластаной с опушенными крыльями и двумя коронами над головами, который и сын его употреблял». В подтверждение версии Татищева обнаружилась печать, привешенная к жалованной меновой и отводной грамоте великого московского князя Ивана III Васильевича князьям волоцким Федору и Ивану. На лицевой стороне печати был изображен всадник, пронзающий шею дракона, а на обрат ной стороне двуглавый орел. Грамота и соответственно печать датировались 1497 годом. Версию Татищева поддержал Н. М. Карамзин, в «Истории государства Российского» написав: «Великий князь начал употреблять сей герб с 1497 года».

Россия, «Третий Рим», мыслила себя преемницей традиций, культуры и устремлений Византии, «Второго Рима», и византийское происхождение герба рассматривалось в этом же контексте. Идея исторической эстафеты, воспринятая русским обществом, проросла в нем настоль ко глубоко, что и по сей день даже на официальных мероприятиях (например, на праздновании 500-летия герба в 1997 году) отмечается, что Софья Палеолог привезла герб с прочим наследством.

Однако историки давно опровергли эту версию. Двуглавый орел не был символом Византии, как не был он символом императорской семьи Палеологов. На вещах в обозе принцессы Софьи он был всего лишь декоративным, символическим элементом, не более того.

Современные историки, например Н. А. Соболева, отстаивают другую, более правдоподобную версию появления двуглавого орла на гербе России: Иван III принял этот символ, чтобы показать свою равновеликость с европейскими монархами, в частности с Габсбургами, правившими Священной Римской империей, гербом которой еще с XV века был двуглавый орел.

Известно, что европейцы узнали этот символ во время крестовых походов. С тех пор двуглавый орел стал часто использоваться в европейской геральдике. В Византии и балканских странах он чаще имел декоративный характер. Двуглавых орлов изображали на тканях, ритуальных сосудах, стенах культовых сооружений.

Так что же означает этот символ?

Перейти на страницу:

Все книги серии Интересно о важном

Похожие книги

Против всех
Против всех

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова — первая часть трилогии «Хроника Великого десятилетия», написанная в лучших традициях бестселлера «Кузькина мать», грандиозная историческая реконструкция событий конца 1940-х — первой половины 1950-х годов, когда тяжелый послевоенный кризис заставил руководство Советского Союза искать новые пути развития страны. Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает о борьбе за власть в руководстве СССР в первое послевоенное десятилетие, о решениях, которые принимали лидеры Советского Союза, и о последствиях этих решений.Это книга о том, как постоянные провалы Сталина во внутренней и внешней политике в послевоенные годы привели страну к тяжелейшему кризису, о борьбе кланов внутри советского руководства и об их тайных планах, о политических интригах и о том, как на самом деле была устроена система управления страной и ее сателлитами. События того времени стали поворотным пунктом в развитии Советского Союза и предопределили последующий развал СССР и триумф капиталистических экономик и свободного рынка.«Против всех» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о причинах ключевых событий середины XX века.Книга содержит более 130 фотографий, в том числе редкие архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов , Анатолий Владимирович Афанасьев , Виктор Михайлович Мишин , Ксения Анатольевна Собчак , Виктор Сергеевич Мишин , Антон Вячеславович Красовский

Криминальный детектив / Публицистика / Фантастика / Попаданцы / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное