Читаем Яцхен полностью

– Да. Я сделал все, чтобы обо мне думали именно так. Хотя порой было червецки трудно сдерживаться… Слушай же, Лаларту. Семь тысяч лет назад в одном из ближних Темных миров у его верховного властелина родился сын. Маленький принц демонов, которого поименовали Пазузу. Тот мир враждовал с Лэнгом. А Лэнг в те времена был сильнейшим из Темных на два шага вокруг…

Если бы у меня были человеческие глаза, они бы сейчас изумленно расширились. Два шага – это очень и очень немало. Двумя шагами энгах может попасть в две тысячи разных миров, если не еще больше! И каждый десятый – Темный. Я, конечно, знал, что Лэнг когда-то был силен и могуч, но чтобы настолько?..

– Меня выкрали, – скрежеща клювом, признался Пазузу. – Еще совсем ребенком меня похитили у родителей и сделали заложником в Лэнге. Помнишь тетушку Нукхзе? Именно она воспитывала меня, когда я был младенцем. Она и ее родичи – из моего родного мира. Их прихватили заодно, по случайности.

– Так вот почему ты ей так много позволяешь… – дошло до меня.

– Да, тетушка Нукхзе помнит меня еще вот такусеньким, – показал рукой Пазузу. – Здесь она продолжала меня растить… но вскоре Азаг-Тоту показалось мало всего лишь держать меня в плену, и он захотел сделать меня оружием, направленным против настоящих родных. Для этого он решил сломать мое «я», полностью подчинить своей воле, превратить в послушную игрушку. Ты не представляешь, как это делается… Не представляешь, через какие пытки мне пришлось пройти…

– Ну, я примерно представляю их методы, – вспомнил историю собственного рождения я.

– Тебе все это, конечно, неизвестно, ты родился позже, – не слушал меня Пазузу. – Итак, почти два столетия сначала демоненок, а потом молодой демон Пазузу ежеминутно подвергался ужасающим пыткам. Азаг-Тот не торопился. И в конце концов он сломал меня. Сознание померкло, я утратил разум и превратился в пускающего слюни идиота. Конечно, он надеялся не на это – в таком состоянии я не мог как следует послужить его целям. На меня просто плюнули и оставили в покое, позволив существовать в Лэнге дальше. Все-таки я родился сыном повелителя другого Темного мира, не менее могущественного, чем Ктулху… Титул архидемона и прилагающиеся к нему привилегии полагались мне просто по праву рождения.

– Угу. И когда ты… ну…

– Очень нескоро, – признался Пазузу. – Прошло еще лет триста. Постепенно все в Лэнге забыли, кто я такой и откуда взялся… вероятно, Азаг-Тот еще помнит. Это именно он ведь приказал меня похитить, а потом лично руководил пытками. Для всех остальных я не более, чем жалкий идиот, по традиции считающийся архидемоном. Я и сам считал себя уроженцем Лэнга. Потом в голове начали брезжить стертые когда-то воспоминания… но тут как раз грянула война. Ну, ее ты уже помнишь – конечно, тогда ты был совсем юн, но все-таки…

– Да, кое-что… – туманно ответил я.

– Это было воистину отмщением! – криво усмехнулся Пазузу. – Сначала Лэнг побеждал – и меня это огорчало. Но потом объединенная рать богов и людей начала одерживать верх – и я преисполнился восторга! Я даже подумывал переметнуться к Мардуку, но не успел – все происходило слишком быстро. Ты же помнишь, как внезапно нас втиснули обратно сюда… и с какой скоростью шла финальная битва. Иак Саккакх бежал в самом начале. Азаг-Тот пал и некому стало вести бойцов. На-Хаг был заточен еще раньше. Потом на рать явился наш главный ставленник – Ктулху. Всем стало казаться, что мы все-таки победим… Но Мардук Двуглавый Топор поверг и его. Так же, как некогда Тиамат… Уже после той, первой войны все в Лэнге понимали, что рано или поздно он явится и к нам… И вот – явился. Хотя что я тебе рассказываю – ты все видел сам…

А я внимательно слушал, стараясь не пропустить ни слова. Да, я все знаю о войне, с которой все и началось, но впервые мне рассказывает о ней непосредственный участник событий. Миледи Инанна отказывается обсуждать эту тему – она ей откровенно неприятно. Демоны Лэнга тоже особо не распространяются – кому охота вспоминать проигранную баталию?

– Потом потянулись бесчисленные века заточения, – продолжал Пазузу. – И постепенно я все больше и больше припоминал о том, что собой представляю. Какие у меня были возможности! Кем бы я сейчас был, если бы жил и воспитывался там, где мне полагалось! Но… – развел руками он. – Из предосторожности я по-прежнему притворялся глупцом. Каждый эондр, каждое мгновение… Я никому не доверял, никому не открывался. И все эти годы лелеял одну и ту же мысль – вырваться!!! Не так, как иногда удавалось – на краткое время, на считаные дни, исполняя приказания ничтожных смертных магов, а насовсем, навсегда! Навеки покинуть этот ненавистный мир! Чтобы Лэнг потерял меня, как некогда потерял Саккакха!

– Угу. Ладно, допустим. Это я могу понять. Но я-то тут при чем?