Читаем Ястребы войны полностью

И все же Уэйн подозревал, что Норой движет не столько необходимость оказать помощь, сколько желание отомстить убийцам ее друзей, особенно Сэнди. И, ведя машину сквозь ночь, он видел ее слезы, пока она смотрела на пролетающие за окном пейзажи, не в силах уснуть. Должно быть, когда действие адреналина иссякло, горечь утраты обрушилась на нее всей своей тяжестью. Такер знал такую реакцию не понаслышке. В пылу боя, когда друзья гибнут и падают от ран со всех сторон, ты продолжаешь движение, и лишь потом, во тьме ночи, ты можешь измерить глубину этих потерь, попытаться постичь и сжиться с горем и чувством вины.

– Куда вы направляетесь? – поинтересовалась Джейн, возвращая его к действительности.

– В Лас-Крусес, Нью-Мексико.

Это была их единственная ниточка, и опять они обязаны ею любезности Норы. Она сообщила им, что «Тангент» закрывает шарашку в Рэдстоуне, перенося место деятельности, чтобы перейти к следующему этапу.

«Но с какой целью? Что требует такой секретности, чтобы оставлять за собой вереницу трупов?»

– Нам известно, что штаб-квартира «Тангент аэроспейс» находится под Лас-Крусес, – растолковал Такер. – Одно лишь это заслуживает проверки, но Нора также упомянула название, случайно подслушанное в связи с новой конторой. Какой-то там Белый Город. Мне кажется, это может быть кодовым обозначением армейского ракетного полигона Уайт-Сэндс, то бишь Белые Пески.

– Как раз в окрестностях Лас-Крусес, – пробормотала Джейн. – Вроде сходится.

– Будем надеяться, на месте нам удастся выяснить побольше.

– Только береги себя.

– Если я этим и пренебрегу, есть кому за мной присмотреть. – Такер бросил взгляд на Кейна. Заметив его внимание, тот завилял хвостом. Пес щеголял в повязке поверх ссадины от пули, но выглядел готовым хоть сейчас ринуться в бой.

Попрощавшись, Уэйн дал отбой и вместе с Кейном направился обратно к «Дуранго». Фрэнк мыл ветровое стекло как-то уж чересчур усердно, уйдя в эту простую работу с головой.

– Что не так? – полюбопытствовал Такер.

– Что не так?! – с недоверием оглядел его Фрэнк с головы до ног. – И ты еще спрашиваешь?

– Да. С момента отъезда из Бирмингема ты почти и рта не раскрывал.

Балленджер подступил к нему, швырнув водосгон в голубое ведро с моющим средством, и тяжко вздохнул. Причесал волосы пятерней и, оглянувшись на Нору, понизил голос:

– Мы должны были спасти этих ребятишек, а половину из них поубивали.

Такер ожидал этого разговора.

– А если б мы ничего не сделали, поубивали бы их всех, – возразил он. – А сейчас хоть у Норы и Дианы есть шанс.

– Но если б мы были поаккуратнее, продумали все потщательнее…

Уэйн узнал знакомые причитания, слышанные слишком уж часто – и от других солдат, и срывавшиеся с его собственных губ.

– Фрэнк, война – отстой. В бою случаются ужасные вещи. Ошибки совершают даже лучшие, и порой люди гибнут. Ты можешь позволить этому сломить себя, а можешь сделать выводы и двинуться дальше.

– Я… не знаю, способен ли я на это, – потупившись, Фрэнк уставился на носки собственных ботинок.

Такер решил, что настал момент проявить твердость во благо.

– Тогда тебе пора отваливать.

– Что?! – вскинул голову Балленджер.

– Ты меня слышал. Если не можешь взять себя в руки, то ты обуза. Скорее всего, наделаешь ошибок. Из-за тебя мы все можем погибнуть.

– Я не…

– Ненамеренно, но у тебя мысли будут заняты не тем. Мне нужно, чтобы ты был здесь целиком – или совсем ушел. Я выведу Кейна на прогулку. У тебя десять минут, чтобы принять решение.

Покинув Фрэнка, Такер повел пса на травку. Ему было не по нутру поступать настолько жестко, но порой лучше сорвать повязку, чтобы проветрить рану. Кейн не торопясь обнюхал несколько тщательно выбранных мест и поднял ногу. Спустя отмеренное время Такер повел пса обратно.

Фрэнк, уже сидевший на переднем пассажирском месте, открыл заднюю дверцу, чтобы Кейн мог запрыгнуть и устроиться рядом с Норой.

– Все готовы? – спросил Уэйн.

Нора пробормотала под нос что-то утвердительное, Кейн помахал хвостом, а Фрэнк, посмотрев на него долгим взглядом, наконец кивнул.

– Тогда погнали! – И Такер сел за руль.

10 часов 22 минуты по летнему североамериканскому восточному времени

Смит-Айленд, штат Мэриленд

– Так вы их потеряли?! – переспросил Прюитт Келлерман.

Он стоял у письменного стола спиной к виду на Чесапикский залив с абрисом Вашингтона, опираясь о полированную столешницу кулаками и чуть не уткнувшись носом во встроенную камеру своего компьютерного монитора.

С экрана на него таращились лица Карла Уэбстера и Рафаэля Лиона. Оба промолчали в ответ. За их спинами виднелся интерьер наземной станции мониторинга «Тангента», представляющий собой ряды компьютерных постов, освещенных люминесцентными лампами.

– Я правильно понял? – давил Прюитт.

– Сэр, – подал голос Уэбстер, заморгав опухшими, тяжело набрякшими веками, – скорее всего все они мертвы.

– Больше всего меня тревожит это «скорее всего».